Фотогалерея :: Ссылки :: Гостевая книга :: Карта сайта :: Поиск :: English version
Православный поклонник на Святой земле

На главную Паломнический центр "Россия в красках" в Иерусалиме Формирующиеся паломнические группы Маршруты Поклонники XXI века: наши группы на маршрутах Поклонники XXI века: портрет крупным планом Наши паломники о Святой Земле Новости Анонсы и объявления Традиции русского паломничества Фотоальбом "Святая Земля" История Святой Земли Библейские места, храмы и монастыри Праздники Чудо Благодатного Огня Святая Земля и Святая Русь Духовные нити. Мировоззрение и философия Отражение образа Святой Земли в архитектуре русских городов и храмов Жизнь как служениеДуховная колыбель. Религиозная философия Духовная колыбель. Поэтические страницы Библия и литература Библия и искусство Книги о Святой Земле Православное Общество "Россия в красках" Императорское Православное Палестинское Общество РДМ в Иерусалиме Журнал О проекте Вопросы и ответы
Паломничество в Иерусалим и на Святую Землю
Рекомендуем
Новости сайта
«Мы показали возможности ИППО в организации многоаспектного путешествия на Святую Землю». На V семинаре для регионов представлен новый формат паломничества
Павел Платонов (Иерусалим). Долгий путь в Русскую Палестину
Елена Русецкая (Казахстан). Сборник духовной поэзии
Павел Платонов. Оцифровка и подготовка к публикации статьи Русские экскурсии в Святую Землю летом 1909 г. - Сообщения ИППО 
Дата в истории

1 ноября 2014 г. - 150-летие со дня рождения прмц.вел.кнг. Елисаветы Феодоровны

Фотогалрея

Главная страница фотогалереи


В предверии Нового 2014 года и Рождества Христова на Святой Земле

Сергиевское подворье Императорского Православного Палестинского Общества (ИППО): фотолетопись 1887-2010.

 
 
  
 
  
  
  
  
  
 
Интервью с паломником
Протоиерей Андрей Дьаконов. «Это была молитва...»
Материалы наших читателей

Даша Миронова. На Святой Земле 
И.Ахундова. Под покровом святой ЕлизаветыАвгустейшие паломники на Святой Земле

Электронный журнал "Православный поклонник на Святой Земле"

Проекты ПНПО "Россия в красках":
ПНПО "Россия в красках"
и сайт  "Православный
поклонник на Святой Земле" награждены Почетной грамотой ИППО 
Закончена работа над созданием первой серии цикла фильмов о Святой Земле. Фонд для фильмов о Святой Земле
Раритетный сборник стихов из архивов "России в красках". С. Пономарев. Из Палестинских впечатлений 1873-74 гг.
Удивительная находка в Иерусалиме или судьба альбома фотографий Святой Земли начала XX века
Славьте Христа  добрыми делами!

На Святой Земле

Обращение к посетителям сайта
 
Дорогие посетители, приглашаем вас к сотрудничеству в нашем интернет-проекте. Те, кто посетил Святую Землю, могут присылать свои путевые заметки, воспоминания, фотографии. Мы будем рады и тематическим материалам, которые могут пополнить разделы нашего сайта. Материалы можно присылать на наш почтовый ящик

Наш сайт о России "Россия в красках"
Россия в красках: история, православие и русская эмиграция


 
Главная / Святая Земля и Святая Русь / Отражение образа Святой Земли в архитектуре русских городов и храмов / Святые места древнего христианства в пространстве Святой Руси. В. М. Кустов
        
         Святые места  древнего христианства в пространстве святой Руси
 
Сердце будет пламенем палимо
Вплоть до дня, когда взойдут, ясны,
Стены Нового Иерусалима
На полях моей родной страны.
Н. Гумилев
 
На Истре Воскресенск в России знаменит,
И Новым свет его Иерусалимом чтит.
                                                                                                                                          Г. Державин
 
С апостольских времён топология сакрального пространства имела важное значение для христиан. В первую очередь, это был Иерусалим. Место, связанное с проповедью Иисуса Христа, сюда он стремился как в религиозный центр иудаизма, придавая ему особое значение: «Иерусалим, Иерусалим, избивающий пророков и камнями побивающих посланных к тебе! сколько раз Я хотел собрать детей твоих, как птица собирает птенцов своих под крылья. И вы не захотели!» ( Мф 23; 37). Здесь происходят важнейшие евангельские события, кульминацией которых является крестные страдания, смерть и воскресение Христа. По преданию, Голгофа находилась на месте могилы Адама, таким образом, новый Адам искупил грех старого Адама, что мы видим в иконографии: череп под крестом – глава Адама, которая омыта кровью Спасителя.[1]
    
Иерусалим становится значимым, центральным местом для первых христиан. Это место рождения христианской церкви, связанное с событиями Пятидесятницы, это место где располагался авторитетный апостольский центр для всех общин. Здесь проходит первый апостольский собор (Деян. 15; 1-21), сюда стремится апостол Павел на праздники Пасхи и Пятидесятницы (Деян. 18; 20-22. 20; 18.). С религиозной легитимностью христианства в Римской Империи и возвышением Византии Иерусалим снова становится главным центром христианства, связанным с евангельской историей. На этих значимых для христиан местах возводятся первые христианские храмы. Начинается поиск святых мест и связанных с ними святынь, эти места отмечаются строительством храмов и монастырей, тем самым они становятся святыми местами для христиан, имеющими сакральное значение. Иерусалим обретает статус Святого Града, а Иудея – Святой Земли, куда начинают стекаться паломники.  Оттуда святыни привозят в Византию, им посвящают храмы. Вырабатывается  богословие христианских праздников. С развитием богословия Иерусалим земной становится прообразом, символом небесного Иерусалима. «Светися, светися,  новый Иерусалиме»[2]. Истоки этой идеи лежат ещё в книгах Нового Завета  (Откр. 21). Таким образом, христианская топология сакрализировалась, и это находило отражение в христианской культуре.
 
Русь, приняв христианство, также следовала этой традиции и развивала её, что нашло своё отражение в переносе сакрального места, чтобы иметь у себя на Руси прообраз этих святых мест. Это отразилось и в преемственности - взятии на себя особой миссии Святой Руси как центра православного мира - главного хранителя православия, продолжающего правопреемство Царьграда – второго Рима - в качестве третьего Рима.[3]
    
Палестина имела большое религиозно-культурное  значение, а Иерусалим  занимал важное место, как святой город для всех монотеистических религий.[4] Почитание у мусульман связано с чудесным ночным путешествием пророка Мухаммада в Иерусалим, где впоследствии была возведена мечеть. Также известны литографические изображения Иерусалима XIX в., которые, по-видимому, тиражировались Русской Духовной миссией, о чём говорят надписи на русском и греческом языках.[5] Так же в экспозиции музея Истории религии в разделе раннего христианства можно увидеть и другой интересный экспонат – картину неизвестного художника XVIII в. «Святой град Иерусалим», на которой изображены главные события библейской и евангельской истории от Гостеприимства Авраама до Вознесения и деяний апостольских, являясь, по сути, картой святых мест всей Палестины. [6]
 
Сюжет о чудесном путешествии в Иерусалим на чёрте известен и на Руси из жития св. Иоанна архиепископа Новгородского, целью которого было поклонение Гробу Господню.[7] Он относится к XII в., когда уже было широко распространено паломничество к святым местам Востока, и в первую очередь Святую Землю. Это нашло отражение, как в духовной, так и светской культуре, начиная от житийной литературы, хождений, духовных стихов и былин «Владимирского цикла» и новгородских о Василии Буслаеве X-XIII вв. Жанр, который в XVIII-ХХ вв. стал предметом светской литературы, - описание посещения Святой Земли и других святынь христианского Востока от простых паломников до Великих князей, в том числе и известных русских писателей, что отразилось в их произведениях и в русской поэзии.[8] 
   
Русский человек не только стремился попасть на Святую Землю, но и найти там своё последнее пристанище на земле, о чём свидетельствуют жития св. Евфросинии Полоцкой, праправнучки равноапостольного князя Владимира и св. муч. вел. кн. Елизаветы.[9] В житии св. Иоанна епископа Суздальского XIV в. говорится, что для него горний Иерусалим был  как бы родиной и отечеством.[10]
    
Ещё в «Стихе о Голубиной книге» сливаются до неразличимости  в поэтических образах Святая земля и Святая Русь. Голубиная книга, повествующая о глубинах мироздания, отражающая русскую народную космологию, вводит туда и Святые места Палестины: «гора Фавор – всем горам мать»  - место Преображения. «Иордан-река – всем рекам мать», «Иерусалим  - всем городам мать». Только «Святая Русь – всем землям мать», тем самым перенося на Святую Русь и Иерусалим, и Иордан, и  всю Святую Землю.[11]
    
Подобный взгляд имеет общехристианскую тенденцию. Ещё  Византийский храм Богоматери Фавросской  в XII в., в котором были собранны реликвии из Святой Земли, ассоциировался как Синай, Вифлеем, Иордан, Иерусалим, Назарет, вместе взятые. В средние века и на христианском Западе известны подражания в церковной архитектуре, создание «Новых Иерусалимов», Вифлеемской пещеры-базилики и другие архитектурные воспроизведения  христианских святынь[12]. Таким образом, если мы вправе говорить о преемстве в  лице Москвы I и II Рима, то правомерно рассмотреть традицию переноса Святой Земли в пространство Святой Руси. Подобное копирование топографии известно в древнегрузинской церкви: в древней столице Мцхете и около неё были созданы все главнейшие пункты, к которым приурочены важнейшие события из земной жизни Спасителя.[13]
    
С падением Константинополя и отпадением его в унию Россия становится оплотом православия, тогда и рождается концепция «Москва – третий Рим», с чем вполне были согласны и все вселенские патриархи, которые сами искали материальной помощи и заступничества на Руси. За этой миссией стоял не геополитический смысл, а религиозный, что отмечал Бердяев: «идея «Москва – третий Рим» - это миссия России быть носительницей и хранительницей истинного христианства, православия. Это призвание религиозное».[14]    
     
С петровской эпохи ближневосточный регион входит в сферу интересов России не только, как духовного центра христианства, но и ее геополитических интересов в контексте общеевропейской политики. В отличие от Европы Россия, в первую очередь, придаёт приоритет в этом деле решению религиозных вопросов. О чём свидетельствует заключённый Александром I Священный Союз, который подразумевал, что интересы христианских монархов сходятся в Центре мира у Гроба Господня в Иерусалиме.[15] Годом раньше, по инициативе греческого негоцианта, в Таганроге открывается Иерусалимское подворье, а спустя несколько лет, по желанию императора, - в Москве.[16] 
     
Первенство защиты христиан в пределах Османской империи и русских паломников принадлежит Петру I, в его планы даже входило отвоевать Царьград и перенести в Россию Гроб Господень.[17]  Приоритетным восточный вопрос стал в царствование Николая I. Причиной Крымской войны стал конфликт, разгоревшейся вокруг Вифлеемского Храма Рождества Христова[18]. В 1820 г. было учреждено русское вице-консульство в Яффе, занимавшееся всеми делами ближневосточного региона, а после Крымской войны учреждается консульство в Иерусалиме в 1858 г. [19] В 1847 г. в Иерусалиме учреждается Русская Духовная миссия, а затем и Императорское Православное Палестинское Общество в 1882 г.[20] Занимавшееся делами устройства паломников, Общество вело широкую издательскую, научно исследовательскую и образовательную деятельность в регионе и среди местного населения христиан-арабов, что позволило воспитать плеяду арабской интеллигенции, деятелей культуры и писателей. [21] Таким образом, возникло пространственное понятие  как географическое, так и духовное  - Русская Палестина. Как отмечал историк церкви Болотов: Святогробский меридиан  пересекает Николаевскую (Московско-Петербургскую) железную дорогу, а Константинопольский проходит  несколько восточнее Выборга.[22] Это показывает, насколько между собой пересекаются Святая Земля и Святая Русь и в духовном плане, и даже географическом. Так, например, в Тверской области есть посёлок Эммаус, где ежегодно проходит большой рок-фестиваль. Данный топоним сразу воскрешает евангельские события первого дня Воскресения Христова, когда к двум путникам из числа учеников Луце и Клеопе, идущим из Иерусалима, явился Воскресший Христос и шёл с ними до этого селения (Лк 24; 17-35), это нашло отражение в молитве «О путешествующих».
 
Понятие «Палестина» и «палестины» вошло в русский язык как нарицательное. В простонародной речи XIX в. оно означало отечество, отчизна, родина,  родные домашние места – наши палестины. О чувстве духовного родства с Палестиной в национальном сознании русских людей писал Бердяев: «В духовных стихах Русь – вселенная, русский царь – царь над всеми царями, Иерусалим та же Русь». [23]
    
Как отмечалось выше, с принятием христианства на Руси сразу возник интерес к Святым местам, о них узнавали из переводной греческой литературы, от паломников, и это стало органичной прямой связью Святой Руси и Святой Земли, где пересекались взаимно ассоциативные связи их географических и духовных пространств. Всё это нашло своё воплощение в церковной архитектуре, как попытке переноса сакрального пространства: престол Новгородской Софии был в меру «Гроба Господня». В дальней пустыньке Серафима Саровского  находились уединённые лесные «Фавор» и «Елеон».[24] В Петербурге пещерный храм Гроба Господня в Николаевском дворце вел. кн. Николая Николаевича Старшего в память о паломничестве в Иерусалим, построенный для хранения святынь, полученных от Иерусалимского патриарха, среди которых были камни с Гроба Господня и Голгофы, кусочек мамрийского дуба, его нательный крест с частицей Креста Господня.[25] В Вифанском монастыре, приписанном к Троице-Сергиевой лавре, в церкви Преображения устроена искусственная гора в виде Фавора, покрытая мхом и цветами, под нею рог единорога. Под  ним другая пещерная церковь в честь Воскрешения Лазаря, где в икону св. Лазаря врезан камень из его гроба, привезённый из Палестины.[26] В Успенском Храме Гефсиманского скита Троице Сергиевой Лавры также хранилось много святынь, привезённых из Святой Земли, включая антиминс из иерусалимского храма.[27] Можно привести и пример своеобразного решения, так пасхальная традиция печь куличи и делать пасхи как образ Гроба Господня нашла своё воспроизведение в архитектуре одного петербургского храма св.Троицы, называемому в народе «Кулич и пасха». Храм ротонда в виде кулича и колокольня – пасха.[28]
    
В начале XVII в. при Соловецком монастыре был основан на острове Анзер Свято-Троицкий скит, в котором был принят монастырский устав Синайской горы в Иерусалиме. Устав составил старец, долго живший в палестинских и афонских обителях.[29] В 1713 г. иеромонах Иисус основал на Анзере Голгофско-Распятской скит. На высоком холме, именуемом гора Голгофа, находился величественный храм в честь распятия Господня, внизу раскинулось самое большое озеро острова – Голгофское.  Другие два храма посвящены Успению и Воскресению.[30]
    
Здесь начал свою иноческую жизнь будущий патриарх Никон. Решив покинуть скит, переправляясь через море, он попал в бурю, и в память о своём спасении, будучи Новгородским епископом, он основал Крестный монастырь на Кий-острове во имя Животворящего Креста Господня. Главной святыней монастыря был кипарисовый крест, сделанный в Палестине по подобию Креста Христова, со множеством привезенных оттуда реликвий.[31] Но главным детищем Никона был Воскресенский монастырь, более известный, как Новый Иерусалим. Строился он как главная обитель по образу и подобию христианских святынь Палестины. По замыслу Никона, главный храм Воскресения Христова должен был повторить Иерусалимский храм. Для этого им был послан в Иерусалим иеромонах Арсений, чтобы сделать чертежи и планы. Арсений исполнил задание, и кроме того привёз модели храмов Воскресенского и Рождества Христова.[32] Основанный монастырь стал именоваться Новым Иерусалимом, а окрестности – Палестиной. Холм, на котором стоял главный храм, назвали Сионом, одно из сёл переименовано в Скудельничье,  две горы  названы Фавор и Ермон, ручей назван Кедронским, роща – Гефсиманским садом, а старый дуб Мамврийским. Река Истра стала Иорданом, были там и Силоамская купель и колодезь Самаряныни. Восемь монастырских башен носят палестинские названия: Гефсиманская, Сионская, Давидов дом, Иноплеменничья, Варуха, Ефремова, Дамасская. Таким образом, паломники имели возможность ознакомиться со святыми местами Воскресения и погребения Христова.[33] Внутри храма Воскресения, как и в Иерусалиме, находились камень помазания, место гроба Господня с частицей камня из Иерусалимского храма, кувуклия. Один из храмов монастыря был посвящён Рождеству Христову.[34] Монастырь стал  крупнейшим духовным и культурным центром. Архимандрит Никанор сложил стихотворную летопись монастыря, высеченную на одной из белокаменных плит Воскресенского собора. В 1692 в стенах монастыря состоялся первый в России праздник поэзии, в котором приняли участие придворные и монастырские поэты.[35] При Никоне строительство не было закончено, и из-за позднейших перестроек Воскресенский собор не является точной копией Иерусалимского храма. Внешний вид в системе тогдашних представлений не был значимым, что подтверждает описание, составленное Арсением, который практически не описал наружный вид, сакральный смысл имело внутреннее пространство.[36] Таким образом, можно говорить о том, что идея третьего Рима и никоновские реформы как курс на новое благочестие в какой-то мере воплотились в архитектурной идее Нового Иерусалима, так как Никон решил не только улучшить, но и превзойти сакральный первообраз.[37] Названия построек Никона - Новый Иерусалим, Крестный монастырь  - обозначали международную ориентацию, его стремление расширить пределы Русской православной церкви на весь православный мир.[38]
    
Идеи третьего Рима имели более раннее и более конкретное программное архитектурное воплощение. Борис Годунов - первый царь, венчанный на царство вселенским патриархом, уподоблялся византийскому, что нашло отражение и в коронационном чине.[39] И было продолжено в замысле построить в самом сердце третьего Рима, алтаря России – Кремле храм Воскресения Христова - «Святая Святых». Современники сравнивали этот замысел с  постройкой царя Соломона. Для понятий XVI в. Святая Святых ассоциировался с иерусалимскими храмами, как с ветхозаветным, так и Гробом Господним, имевшими для христиан вселенское значение. Этот храм должен был строиться по образцу иерусалимского. Название же «Святая Святых» соответствовал средневековым понятиям о Храме Воскресения Христова, как о «Святая Святых»[40] Нового Завета, преобразующей и обновляющей ветхозаветный храм. Важным компонентом «иерусалимской» программы Годунова, вторым по значению после храма, является устройство его сакрального центра, им должен был стать Гроб Господень: «Христа бога гроб сущаго от них в Иерусалиме мерою».165 Он был по описанию современников окован золотом, из золота были отлиты фигуры Спасителя, апостолов и ангелов на нём помещалась плащаница в виде кованой крышки. [41]
    
«И привели Его на место Голгофу, что значит: Лобное место» (Мк. 15; 22). Лобное место находилось внутри Иерусалимского храма, Годуновым было вынесено не только за пределы Воскресенского собора, но и Кремля, причём без сооружения над ним церкви.[42]
     
Из выше приведённых примеров следует, что здесь уместно говорить о  другом уровне повторения святынь. Образец не воспринимался в его архитектурном подобии, принцип переноса был не конкретно-изобразительным, а образно-идейным, образцы перерабатывались, согласно бытовавшей на Руси художественной и духовной традиции.[43] То есть мы имеем дело с интерпретацией сакрального пространства, переработанного со временем в духе русской традиции.[44] Как аналогично восточные пустыни превращались в Северную Фиваиду, а затерянные в лесной глуши пустыни принимали на себя не только аналог названия, но и сам принцип монашеской жизни  - отшельничества, ухода от мира. Но, несмотря на это, сам образец нёс в себе всю полноту первообраза, весь его сакральный смысл, и со временем приобретал значение самостоятельной реликвии.[45] Иначе говоря, образ уподоблялся первообразу по иконографическому принципу, воспринимался как образное свидетельство, что можно рассматривать как иконический знак.46
     
Подражание плану и облику Храма Гроба Господня в средневековом церковном зодчестве, как и другие формы историко-литургической реконструкции палестинских святынь, нередко с элементами архитектурно-топографической привязки к иным ландшафтным и климатическим условиям, носят характер культурологической универсалии.47
    
Таким образом, можно сделать вывод, что христианская топология, начиная с первых веков христианства, сакрализировалась. Святые места имели сакральное значение, так они воспринимались на Руси, тем самым прообраз Святой Земли переносился на пространство Святой Руси, за этим стояли богословские и политические идеи, и это имело своё конкретное отражение в духовной и светской культуре, начиная свой отсчёт с принятия христианства до наших дней.
 
© В. М. Кустов     
 Материал прислан автором порталу "Православный поклонник на Святой Земле"
29 января 2011 года
 
Примечания
 
[1]  Полный православный богословский словарь. Т.1. Репринт. М. :– 1992, с. 64.
[2]  Пасхальный канон. Песнь 9.
[3]  Лисовой Н. Н. Русское духовное и политическое присутствие в Святой Земле и на Ближнем Востоке в XIX – начале ХХ в. – М.: «Индрик», 2006. – с. 10.
[4]  Ямилинец Б. Ф. Россия и Палеститна. Очерки политических и культурно-религиозных отношений (XIX – начало XX века). – М. – СПб.: Ин-т востоковедения РАН, 2003. – с. 5.
[5]  Данные экспонаты представлены в постоянно действующей экспозиции «Ислам» в Музее истории религии.
[6]  Такие карты Святых мест Палестины были широко распространены в России. Изображались они также в виде гравюр на ткани. Кроме изображения святых мест на них размещались наставления о важности посещения этих мест. Эти экспонаты хранятся в фондах Музея истории религии и были представлены на выставке «Вот стоят ноги наши во вратах твоих Иерусалим. Паломничество в Святую Землю», проходившую в Музее религии 17 апреля – 15 июня 2008 года.
[7]  Жития Святых. Сост. Св. Дмитрий Ростовский. Кн. 1. Сентябрь. Издание Введенской Оптиной Пустыни, 1903. Репринт - 1993. С. 169 – 170.
[8]  Омар Махамид. Россия и Палестина: диалог на рубеже XIX – ХХ веков: Историко-литературный очерк. – СПб, Лики России, 2002. С. 11.Воробьева И. А. Русские миссии в Святой земле в 1847 – 1917 годах. – М.: Ин-т востоковедения РАН, 2001. С.12 .
[9]  Трофимов А. Святые жены Руси. М. – 1993. С. 40, 180.
[10]  Жития Святых. Сост. Св. Дмитрий Ростовский. Кн. 2. Октябрь. Издание Введенской Оптиной Пустыни, 1903. Репринт - 1993. С. 379.
[11]  Лисовой Н. Н. Русское духовное и политическое присутствие в Святой Земле и на Ближнем Востоке в XIX – начале ХХ в. – М.: «Индрик», 2006. – с. 35 – 36.
[12]  Там же. С. 36.
[13]  Там же. С. 36.
[14]  Ямилинец Б. Ф. Россия и Палеститна. Очерки политических и культурно-религиозных отношений (XIX – начало XX века). – М. – СПб.: Ин-т востоковедения РАН, 2003. – С. 30.
[15]  Лисовой Н. Н. Русское духовное и политическое присутствие в Святой Земле и на Ближнем Востоке в XIX – начале ХХ в. – М.: «Индрик», 2006. – С. 56.
[16]  Там же. С. 73 – 74.
[17]  Ямилинец Б. Ф. Россия и Палеститна. Очерки политических и культурно-религиозных отношений (XIX – начало XX века). – М. – СПб.: Ин-т востоковедения РАН, 2003. – С. 8.    Лисовой Н. Н. История и современное состояние Русской духовной миссии в Иерусалиме.//Альманах «К свету» Выпуск 19, 2002. – С. 119
[18]  Лисовой Н. Н. История и современное состояние Русской духовной миссии в Иерусалиме.//Альманах «К свету» Выпуск 19, 2002. – С. 122.
[19]  Лисовой Н. Н. Русское духовное и политическое присутствие в Святой Земле и на Ближнем Востоке в XIX – начале ХХ в. – М.: «Индрик», 2006. – С. 128, 132.
[20]  Там же. С. 96, 168)
[21]  Омар Махамид. Россия и Палестина: диалог на рубеже XIX – ХХ веков: Историко-литературный очерк. – СПб, Лики России, 2002. С. 12 - 13.
[22]  Лисовой Н. Н. Русское духовное и политическое присутствие в Святой Земле и на Ближнем Востоке в XIX – начале ХХ в. – М.: «Индрик», 2006. – С. 52.
[23]  Ямилинец Б. Ф. Россия и Палеститна. Очерки политических и культурно-религиозных отношений (XIX – начало XX века). – М. – СПб.: Ин-т востоковедения РАН, 2003. – С. 6.
[24]  Лисовой Н. Н. Русское духовное и политическое присутствие в Святой Земле и на Ближнем Востоке в XIX – начале ХХ в. – М.: «Индрик», 2006. – С. 37.
[25]  Антонов В. В., Кобак А. В. Святыни Санкт-Петербурга. Историко-церковная энциклопедия в 3-х томах. Т. II – СПб, 1996. С- 142.
[26]  Православные Русские обители. Сост. Сойкин П. П. СПб. – 1910. Репринт, 1994. С. 303.
[27]  Там же. С. 344
[28]  Антонов В. В., Кобак А. В. Святыни Санкт-Петербурга. Историко-церковная энциклопедия в 3-х томах. Т. I – СПб, 1996. С- 239 - 240.
[29]  Анзер и его святыни. Сост. Столяров В. П. Издание Соловецкого монастыря. – 2001. С. 11.
[30]  Анзер и его святыни. Сост. Столяров В. П. Издание Соловецкого монастыря. – 2001. С. 36, 46, 53.
[31]  Низовский А. Ю. Самые знаменитые монастыри и храмы России. – М.: 200. С. 423, 425 – 426.
[32]  Православные Русские обители. Сост. Сойкин П. П. СПб. – 1910. Репринт, 1994. С. 305.
[33]  Низовский А. Ю. Самые знаменитые монастыри и храмы России. – М.: 200. С. 269.    Православные Русские обители. Сост. Сойкин П. П. СПб. – 1910. Репринт, 1994. С. 306.
[34]  Православные Русские обители. Сост. Сойкин П. П. СПб. – 1910. Репринт, 1994. С. 307.
[35]  Низовский А. Ю. Самые знаменитые монастыри и храмы России. – М.: 200. С. 271 – 272.
[36]  Бусева-Давыдова И. Л. Об идейном замысле «Нового Иерусалима» патриарха Никона// Иерусалим в русской культуре. Материалы конференции. – М.: Наука. Изд-во «Восточная литература», 1994. Сост. Баталов А. Л. С. 178.
[37]  Там же. С. 179.
[38]  Низовский А. Ю. Самые знаменитые монастыри и храмы России. – М.: 200. С. 344.
[39]  Баталов А. Л. Гроб Господень в замысле «Святая святых» Бориса Годунова// Иерусалим в русской культуре. Материалы конференции. – М.: Наука. Изд-во «Восточная литература», 1994. Сост. Баталов А. Л. С. 154.
[40]  Баталов А. Л. Гроб Господень в замысле «Святая святых» Бориса Годунова// Иерусалим в русской культуре. Материалы конференции. – М.: Наука. Изд-во «Восточная литература», 1994. Сост. Баталов А. Л. С. 156.
[41]  Там же. С. 158.
[42]  Там же. С. 159.
[43]  Там же. С. 159.
[44]  Там же. С. 166.
[45]  Там же. С. 165
46 Чарлз Пирс. Элементы логики. Grammatica speculativa.// Семиотика. - М.: Радуга, 1983. Сост. Степанова Ю.С. С. 152,154.
47 Лисовой Н. Н. Русское духовное и политическое присутствие в Святой Земле и на Ближнем Востоке в XIX – начале ХХ в. – М.: «Индрик», 2006. – С. 36.


[Версия для печати]
  © 2005 – 2014 Православный паломнический центр
«Россия в красках» в Иерусалиме

Копирование материалов сайта разрешено только для некоммерческого использования с указанием активной ссылки на конкретную страницу. В остальных случаях необходимо письменное разрешение редакции: palomnic2@gmail.com