Фотогалерея :: Ссылки :: Гостевая книга :: Карта сайта :: Поиск :: English version
Православный поклонник на Святой земле

На главную Паломнический центр "Россия в красках" в Иерусалиме Формирующиеся паломнические группы Маршруты Поклонники XXI века: наши группы на маршрутах Поклонники XXI века: портрет крупным планом Наши паломники о Святой Земле Новости Анонсы и объявления Традиции русского паломничества Фотоальбом "Святая Земля" История Святой Земли Общие исторические обзоры История христианства на Святой Земле Христианство и другие религии в фокусе политики Библейская история, археология и Святая Земля Письменные источники по истории Святой Земли История Святой Земли и христианства в преданиях и жизни других странБиблейские места, храмы и монастыри Праздники Чудо Благодатного Огня Святая Земля и Святая Русь Духовная колыбель. Религиозная философия Духовная колыбель. Поэтические страницы Библия и литература Библия и искусство Книги о Святой Земле Православное Общество "Россия в красках" Императорское Православное Палестинское Общество РДМ в Иерусалиме Журнал О проекте Вопросы и ответы
Паломничество в Иерусалим и на Святую Землю
Рекомендуем
Новости сайта
Людмила Максимчук (Россия). Из христианского цикла «Зачем мы здесь?»
«Мы показали возможности ИППО в организации многоаспектного путешествия на Святую Землю». На V семинаре для регионов представлен новый формат паломничества
Павел Платонов (Иерусалим). Долгий путь в Русскую Палестину
Елена Русецкая (Казахстан). Сборник духовной поэзии
Павел Платонов. Оцифровка и подготовка к публикации статьи Русские экскурсии в Святую Землю летом 1909 г. - Сообщения ИППО 
Дата в истории

1 ноября 2014 г. - 150-летие со дня рождения прмц.вел.кнг. Елисаветы Феодоровны

Фотогалрея

Главная страница фотогалереи
Православные паломники на Святой Земле в октябре-ноябре 2017 года

Святая Земля в 2016-2017 годах
Интервью с паломником
Протоиерей Андрей Дьаконов. «Это была молитва...»
Материалы наших читателей

Даша Миронова. На Святой Земле 
И.Ахундова. Под покровом святой ЕлизаветыАвгустейшие паломники на Святой Земле

Электронный журнал "Православный поклонник на Святой Земле"

Проекты ПНПО "Россия в красках":
Раритетный сборник стихов из архивов "России в красках". С. Пономарев. Из Палестинских впечатлений 1873-74 гг.
Удивительная находка в Иерусалиме или судьба альбома фотографий Святой Земли начала XX века
Славьте Христа  добрыми делами!

На Святой Земле

Обращение к посетителям сайта
 
Дорогие посетители, приглашаем вас к сотрудничеству в нашем интернет-проекте. Те, кто посетил Святую Землю, могут присылать свои путевые заметки, воспоминания, фотографии. Мы будем рады и тематическим материалам, которые могут пополнить разделы нашего сайта. Материалы можно присылать на наш почтовый ящик

Наш сайт о России "Россия в красках"
Россия в красках: история, православие и русская эмиграция


 
Главная / История Святой Земли / Библейская история, археология и Святая Земля / Палестинская археология в конце XIX - начале XX в.: православная, католическая и реформатская версии.
Беляев Л.А.
д. и. н., руководитель Сектора археологам Москвы
Института археологии РАН,
зам. гл. ред. журнала "Российская археология".
 
Палестинская археология в конце XIX - начале XX в.: православная, католическая и реформатская версии.
 
     В 100-м выпуске "Палестинского сборника" я позволил себе предло­жить вниманию коллег доклад на тему о развитии религиозной архе­ологии в Святой Земле и о возможном месте в ней в будущем архео­логии российской. Очерк тот был сделан в общих чертах, и кажется важным несколько конкретизировать его, чтобы точнее показать ме­сто каждой из главных археологических школ, как католических, так и протестантских, чтобы увереннее соотнести с ними развитие рус­ской или, если угодно, православной школы. Речь, разумеется, пой­дет о том периоде, когда русская археология в Палестине еще суще­ствовала, то есть о последней четверти XIX - первых десятилетиях XX вв.
     Для лучшего представления обстановки в палестинской архео­логии до Первой мировой войны, позвольте мне начать с пересказа тех, очень точных, наблюдений над "религиозно-научной" жизнью, которую дал, после посещения Святой Земли, известный археолог, специалист по классической и ориентальной культуре, Михаил Рос­товцев в статье, помещенной в выпуске "Христианского Востока" за 1913 г.
     Эту жизнь он рисует как очень активную, но не особенно чисто­плотную. Самую заметную роль играли "спекулянты от реликвий", в основном греки, люди невежественные, жадные и мало религиозные, создающие святыни на потребу, сами в них не верующие, сознатель­но портящие или фальсифицирующие памятники. Второе место было за духовенством, католическим и протестантским, - между ними Ростовцев не делает различия: "Французы, немцы, итальянцы - тоже ищут реликвий и святых мест, тоже хотят истолковать в свою поль­зу сомнительное известие, создать реликвию". Но они, в отличие от первых, энтузиасты, люди культурные и образованные. Ростовцев упоминает трудолюбие францисканцев в науке, выделяет среди уче­ных-католиков отцов М.Ж. Лагранжа и Л.-Ю. Венсана, а среди музе­ев - французский музей св. Анны и Сионский музей Немецкого като­лического института, исследования которых составляют основу вся­кой научной деятельности в Палестине. Из неконфессиональных об­ществ Ростовцев выделяет немецкий Palastina-Verein и английское Palestine Exploration Foundation. В науке делается, по мнению уче­ного, много и надежно, "на века", - но за религиозной оболочкой и на­учной деятельностью Ростовцев справедливо видит постоянное со­ревнование национальностей: с лидирующими немцами и англичана­ми уже в первые десятилетия XX в. конкурируют американцы, и, от­части, французы.
     Действительно, как хорошо известно, археологические исследо­вания в Святой Земле были изначально тесно связаны с развитием политических отношений европейских держав и Турции. Сначала это были противоречия кануна Крымской войны (1853-1856), когда речь шла о борьбе за гегемонию в Восточном Средиземноморье меж­ду Россией и объединенными силами Запада. Вслед за поражением России главной темой в ближневосточной политике стала сначала борьба Англии, Франции и германских государств за влияние в Отто­манской империи или в одном из ее регионов, а затем - за свою долю при ее разделе. Перипетии этой борьбы на разных ее этапах влекли развитие новых средств коммуникации, расширение прав консулатов и сеттлментов, все большую свободу исследований - топографичес­ких, этнографических, и, не в последнюю очередь, археологических.
     Как отдельная исследовательская тема, археология библейской ис­тории имела и другие стимулы. Прежде всего, она возникла в связи с не­обходимостью верифицировать Священную историю и поставить опи­сываемые в ней события на почву реальных фактов после того, как эти события стали объектом атак раннего дарвинизма. Но ее развитию по­могало и стремление взять на себя заботу о Святых местах, пропаганда которых усиленно велась в Европе, Америке и России, и спор из-за ко­торых стал, как известно, поводом к Крымской войне.
     Словом, к Палестине и, прежде всего, к ее археологии, можно смело применить излюбленный термин Киплинга: "большая игра". В ней были задействованы археологические школы нескольких госу­дарств, причем весьма политизированные. Они могли иметь строго конфессиональное направление, или звучать более национально-го­сударственно, нежели религиозно, - но сути дела это не меняло. На­иболее ранними учреждениями, собиравшими древности и пытавши­мися их охранять, были католические, а именно францисканские уч­реждения, т. н. "Стража Святой Земли". Они начали работу по фик­сации (обмерам) и даже публикации памятников уже в XVI-XVII вв. К ним довольно рано присоединился другой монашеский орден, до­миниканцы. Если францисканцы были, в основном, итальянцами, то за спиной ордена св. Доминика стояло французское правительство. Можно сказать, что именно эти два ордена и созданные ими научные учреждения - итальянский Францисканский центр и Библейская и археологическая школа в Иерусалиме - составили костяк католиче­ской археологии в Святой Земле.
     Им противостояли две протестантские группировки, англий­ский Фонд исследований Палестины (Palestine Exploration Fund), созданный в 1865 г. в Лондоне, и американские центры, несколько попыток создать которые предпринимались с 1840-х гг. (American Oriental Society, 1842; American Palestine Exploration Society, 1870) и в конце-концов увенчались созданием Американских Школ Ис­следований Востока. Если католические миссии были, в общем, едины по научному подходу, то взгляды британцев и американцев достаточно различались. За спиной археологов из США стоял рели­гиозный фундаментализм, и они опирались на частные фонды и по­жертвования. Их цели были менее политизированы (государствен­ные интересы США на Ближнем Востоке сто лет назад были несрав­нимы с теперешними), но зато их подход к апологетике Библии был крайне ригористичным. В заявлении Общества по исследованию Па­лестины в 1870 г. писалось прямо: "планируемая работа... обращена равным образом к религиозным чувствам христиан и иудеев... Ее высшее значение - в иллюстрировании и защите Библии. Современ­ный скептицизм атакует Библию с позиций достоверности, с точки зрения фактов. Следовательно, все, что служит верификации биб­лейской истории как достоверной с точки зрения времени, места и обстоятельств описываемых событий, служит к посрамлению неве­рия". (Здесь и далее цитаты из Заявления приводятся по: Moorey P.R.S. A Century of Biblical Archaeology. Louisville, Kt, 1991; перевод мой - Л.Б.)
     Лондонский Фонд исследований Палестины, с которого мы начнем наш обзор, был гораздо более секулярным и государственным, хотя в формальном отношении также пребывал под патронажем Ан­гликанской Церкви. Он создавался для "точного и систематическо­го исследования археологии, топографии, геологии и физической ге­ографии, естественной истории, обычаев и нравов Святой Земли, освещающих Библию". Отметим, что археология стоит здесь, уже в 1865 г., на первом месте. При этом цели исследований постулирова­лись именно как научные, результаты которых должны быть призна­ны "всеми партиями как достойные доверия и документированные с высокой тщательностью"; отмечалась несогласованность и изолиро­ванность результатов прежних исследований, во главу угла стави­лось создание команд компетентных в своих областях специалис­тов, и снабжение их достаточными средствами и сроками для иссле­дования.
     Нужно отметить, что Фонд возник на 14 лет раньше аналогично­го фонда для изучения эллинизма и на целых 20 - раньше Общества исследований Египта. Как уже говорилось, катализаторами такого раннего интереса выступили споры о контроле за Святыми Местами с последующей Крымской войной 1853-56 гг. - и публикация "Проис­хождения видов" (1859), вызвавшая потребность в более тщатель­ном изучении происхождения христианства и научного подтвержде­ния достоверности Библии. Конкретным толчком к созданию Фонда стал один из "грантов" на благоустройство Иерусалима - прокладка туда современного водопровода в 1864 г., для чего Королевской ин­женерной службе был заказан подробный план города и окрестнос­тей. С созданием Фонда эта задача распространилась на всю Палес­тину и включила археологическое обследование Иерусалима.
     Итог разработки этой задачи в 1871-1878 гг. хорошо известен, так как стал основой всей работы по библейской археологии и гео­графии. Это - сплошная карта, подготовленная капитаном Стюартом, Ч.Р. Кондором, Э. Китчинером и другими, на которой зафиксированы около 9 тысяч арабских топонимов. А также 9 томов "Записок" с ин­формацией, полученной при археологической разведке - при всем не­совершенстве тогдашней методики исследований. Еще раньше Фонд предпринял раскопки в Иерусалиме (1867, капитан Чарльз Уоррен), хотя они больше напоминали обычные военные окопы и траншеи, чем современные шурфы или раскопы.
     Более серьезный научный вклад внесли двое ученых, работав­ших по программам Фонда, но не принадлежавших к английскому инженерному корпусу. Это были, во-первых, Готлиб Шумахер, жив­ший в Хайфе и работавший обычно в Заиорданье на средства Deutscher Palastina-Verein, - лютеранского по составу общества, со­зданного в 1877 г. Во-вторых - совершенно незаурядный исследова­тель Палестины и знаток Иерусалима Шарль-Симон Клермон-Ганно, ученик Ренана и французский консул в Иерусалиме (1867).
     Мы не будем останавливаться на его вкладе, достаточно хоро­шо известном, а перейдем прямо к указанию на такие вехи в станов­лении палестинской археологии, как первооткрывательские работы Ф. Питри на Телле эль-Хеси в 1890 г., в которых были заложены ос­новы общей стратиграфической методики работы на теллях, опубли­кованные в 1891 г. в его известной книге "Телль эль-Хеси/Лахиш", и продолжение этих работ Ф. Блиссом, американским археологом, создавшим в рамках работ на средства Фонда в 1892-93 гг. первую и очень удачную версию керамической хронологии Палестины (опуб­ликована в 1894 г. под названием "Холм многих городов"). Не говоря подробнее о вкладе Блисса, работавшего в 1890-х гг. в Старом горо­де Иерусалима, в Шефеле (телль эс-Сафи), в Телль Захарии и в дру­гих местах, укажу только на его обобщающие работы, написанные позже в США ("Раскопки в Палестине в 1898-1900 гг." и др.).
     Пусть в дальнейшем Фонд привлек в качестве главного организа­тора работ гораздо менее тщательного, но более способного к "паблик релэйшнз" Р. Макалистера, на несколько лет затормозившего развитие методики работ в области библейской археологии - главный прорыв был достигнут. В Палестине сложилась собственная методи­ка, вполне сопоставимая с общей археологической методикой своего времени. Нужно отметить, что кое-что для ее разработки сделал и Макалистер, хотя на собственный лад: он ввел в употребление еже­годную публикацию отчетов в "Квартальных отчетах Фонда исследо­ваний Палестины" и начал писать популярные книги по библейской археологии (с 1903 г.).
     Здесь мы можем предоставить Фонд исследований Палестины его судьбе - он существует по сию пору, ведет серьезные исследова­ния, выпускает замечательный ежеквартальник и отдельные труды, известные своим трезво-критическим отношением к конфессиональ­ным археологическим гипотезам, особенно католическим.
     Вернемся в Святую Землю 1900-1910-х гг., и увидим, что в свой "палестинский период" вступают немецкие ученые, чье уже упоми­навшееся Общество изучения Палестины при прямом финансирова­нии кайзером с 1903 г. начинает раскопки древнего Мегиддо (телль эль-Мутеселлим), которыми руководят Шумахер при участии Дж. Бенцингера. Также поступают и австрийцы во главе с Э. Селлином: в 1907-1911 гг. он предпринял работы на знаменитом телль эс-Султане (древний Иерихон); его труд "Иерихон", вышедший в 1913 г., - пер­вая полная публикация отчета в нашем понимании, с точными плана­ми, хорошими фотографиями и описанием стратиграфии (хотя и с ошибками в керамической типологии).
     В целом, следует констатировать, что в 1880-1900-х гг. было за­ложено основание научной археологии в Сиро-Палестинском регио­не, обеспечившее ее развитие на протяжении ближайшего столетия. Это было сделано благодаря усилиям, в первую очередь, ученых-про­тестантов из Англии и Германии.
     Конечно, мы не будем прослеживать шаг за шагом движение всех школ в археологии Палестины. Ограничимся сравнением мето­дов и результатов еще двух научных организаций: французской, ко­торую можно уверенно назвать католической, и американской, в ко­торой с не меньшими основаниями можно видеть порождение фунда­ментализма.
     Считается, что католиками, а именно доминиканцами, была со­здана первая местная академическая база с группой экспертов, по­стоянно работавших в Святой Земле. Это была французская Библей­ская и археологическая школа в Иерусалиме (Ecole Biblique et Archeologique Francaise de Jerusalem). Ее идею выдвинул в 1888 г. ряд ученых (Ф. Вигуру; Э. Ле Камю) и подхватил Орден Молящихся, од­ним из особых отличий которого является преданность научной ра­боте. Еще в 1882 г. им удалось получить земли на дороге в Наблус, к северу от Дамасских ворот Старого города Иерусалима. Здесь и бы­ла 15 сентября 1890 г. учреждена Школа, организация и руководст­во которой было возложено на М.-Ж. Лагранжа (1855-1938), выпуск­ника университета в Саламанке и Венского университета. Важной составной частью Школы стала специализированная библиотека, ос­нову которой составило собрание редких книг по ориенталистике Э.-М. де Вогюэ (существует до сих пор).
     Сначала Школа называлась "Школой практического изучения Библии" - что подчеркивало уникальную для своего времени цель -изучение Библию в контексте страны, где она создавалась. Первой задачей Лагранжа было создание группы ученых с целью охватить все относящееся к библеистике поле информации. Ему это удалось: среди молодых семинаристов-доминиканцев, практически сослан­ных в Иерусалим из Франции в 1889-1911 гг., оказались исключитель­но талантливые. Среди них первые, несомненно, Л. Ю. Венсан (1872-1960), которого позже назовут "несравненным мэтром палестинской археологии" и "всеобщим учителем" палестинских археологов, и Ф.М. Абель (1870-1953), историк и географ, труды которого до сих пор остаются авторитетными в области изучения греческих источни­ков о Палестине. Затем следует назвать замечательного эпиграфис­та, открывателя археологических сокровищ северной Аравии (экспе­диции в 1907, 1909, 1910-1912) А.Р. Савиньяка (1874-1951); заметно­го ассириолога - Э. П. Дорма (1881-1966) и арабиста М.А. Жоссана (1871-1962).
     Концентрация такого количества экспертов, сохранявшаяся в те­чение более 40 лет, создала Школе непререкаемый авторитет даже среди тех, кто считал Католическую Церковь бастионом обскуран­тизма - по крайней мере, в области систематизации письменных ис­точников. Ведь любой университет мира мог бы гордиться, если бы в его штате числился хотя бы один ученый такого калибра и такой про­дуктивности. Я не буду говорить здесь о публикационных програм­мах по библиистике, в том числе о знаменитой "Иерусалимской Биб­лии", но отмечу, что работы в области археологии и, так сказать, по­левой эпиграфики стали одной из важных основ в подготовке этих изданий.
     С самого начала главной заботой Школы было собирание и пуб­ликация надписей; из всех экспедиций привозили эстампажи лапи­дарных текстов: клинописных, иероглических, арамейских, иврит-ских, греческих, самаритянских, эфиопских, куфических, арабских и др., которые затем публиковали. В результате был открыт неизвест­ный дотоле ливийский диалект; сделаны важные шаги к расшифров­ке угаритских текстов из Рас-Шамры, важные для изучения древне­еврейского языка и контекстуального изучения хананейской Палес­тины. В будущем Школа и ее послевоенный глава Р. де Во очень мно­го сделают для изучения Кумрана и публикации его рукописей.
     Кроме надписей, Лагранж с первых же шагов организовал фик­сацию мозаик и руин, которые буквально переполняют первые 20 то­мов журнала Школы, знаменитого Revue Biblique. Первым значи­тельным успехом стала фиксация мозаичной "карты из Мадабы" в 1892 г. и ее публикцация в 1883 г. С 1893 по 1938 гг. ученые Школы совершили путешествия по Синаю, посетив Петру, Гезер, Авдат, Не-гев, северную Аравию, Мертвое море, долину Иордана, Пальмиру, Кадеш Барнеа, район Хеврона и другие места.
     Свои большие раскопки Школа начнет не сразу, но многие ее члены (Венсан, А. Барруа и другие) будут участвовать в работах иных экспедиций, в Иерусалиме (Город Давида и Силоамский тун­нель, 1909-1911 гг.) и Арслан-Таш (Сирия), где в 1928 г. Барруа от­крыл важную серию авориев (сейчас в Лувре). Венсан провел архи­тектурно-археологические исследования в ц. Рождества в Вифлееме (1911) и в Иерусалиме. Вообще же серьезные работы велись фран­цузами в добром десятке точек Сиро-Палестинского региона, среди которых всемирно известные и принципиальные для понимания ис­тории, религии и материальной культуры Ближнего Востока раскоп­ки в Кумране, Вади Мураббаат, в современном Телль эль-Фарах (el-Farah, 1946-1961) на вероятном месте библейской Тирзы железно­го века, упомянутой в книге Иисуса Навина (12, 24), где открыты мощные культурные слои от эпохи неолита и до гибели Древнего Израиля.
     В дальнейшем Школа предпримет десятки всемирно известных экспедиционных проектов, и в 1990 г. отметит столетний юбилей публикацией сотого номера журнала и переписки Лагранжа с глава­ми ордена доминиканцев. Но этот период и эти торжества остаются за гранью нашего сегодняшнего разговора. Позвольте адресовать вас к VIII тому "Православной Энциклопедии" (статья "Византийская империя", раздел "Археология"), остановив описание Школы в пери­од Британского мандата: в 1920 г. она была включена, наряду с Бри­танскими и Американскими школами, в число институтов, управля­ющих археологическим наследием страны и, одновременно, переста­ла быть чисто-орденской, но включилась в систему государственных научных учреждений Французской республики и стала подразделе­нием знаменитой Академии, уже под своим нынешним названием.
     Обратимся теперь к не менее знаменитым, чем Французская школа в Иерусалиме, Американским Школам Исследований Восто­ка (American Schools of Oriental Research, ASOR), объединяющим сейчас более ста университетов, колледжей, музеев США и Канады. Эта система ведет происхождение от Американской школы изучения Востока (1900 г.), созданной по инициативе Общества библейской литературы и экзегетики, и поддержанного Американским общест­вом востоковедения и Археологическим институтом Америки. С са­мого начала важнейшей целью ASOR было не столько изучать Ближ­ний Восток, сколько приводить в известность древности, так или иначе связанные со Священным Писанием, стремясь таким образом подтвердить его надежность как исторического источника.
     Первой акцией ASOR стало создание Иерусалимской школы под руководством Ч. Торри (Charles С. Тоггеу), позже возглавленной У. Олбрайтом (с 1970 г. - Институт археологических исследований им. У. Ол-брайта, Albright Institute of Archeological Research), игравший решающую роль в деятельности ASOR после Первой мировой войны.
     Именно на базе ASOR сформировалась "американская версия" библейской археологии, отцом которой считается дважды возглав лявший Иерусалимскую школу У. Олбрайт (1920-1929; 1933-1936 гг.), руководивший широкими разведками и рядом раскопок, из кото­рых особенно известны работы в Телль Бейт Мирсим, Телль эль-Фу­ле и в Вефиле). Он постарался создать общую периодизацию архео­логических памятников Палестины и доказать, что она не противоре­чит библейской хронологии. К тому же стремились и его последова­тели (особенно Дж. Э. Райт, никогда не порывавшие, несмотря на широчайшую полевую деятельность, связь с традицией "кабинетно­го" изучения Библии. В хорошо организованных, масштабных экспедициях ASOR выросли кадры крупнейших археологов-библеистов Америки, и сейчас работающие на десятках памятников в Сиро-Па­лестинском регионе (вплоть до нашего современника У. Девера).
     Вернемся теперь к тексту Ростовцева с тем, чтобы ввести в этот контекст русскую православную археологию в Святой Земле. Он справедливо указывает на то, что Россия не отступает перед конку­рентами, что, поскольку она активна в паломнической сфере и в по­купках земли, что особенно было заметно при архим. Леониде (Каве­лине), - ей следует активизировать и археологическую деятельность. Упомянув Русскую Духовную Миссию и Палестинское Общество, он находит их научную деятельность недостаточной. Часть работ архи­мандрита Антонина (Капустина) остается неизданной ("На Элеонской горе" и другие); материалы его небольшого музея в Миссии, с хорошей коллекцией керамики и эллинистическим саркофагом, так­же не изданы, а сам музей плохо содержат, так что его стыдно пока­зывать коллегам. На городском участке Миссии в Тивериаде Ростов­цев отмечает серию капителей и колонн из мрамора и черного камня, и кладки стен эпохи Ирода Великого, отмечая, что их собрал о. Иван (не археолог, но человек деловой).
     Как особо важные, Ростовцев отмечает два участка, в том числе уже застроенный участок Миссии в Иерихоне, на котором в VI в. сто­ял монастырь с храмом, где было найдено мозаичное надгробие (566 год) основателя церкви Кириака (показательно, что текст с надгро­бия приходится приводить "по Абелю", который его опубликовал) и Бет-Захар, где сделаны интересные находки, заставившие поставить вопрос о локализации места рождения Иоанна Предтечи. Однако вы­воды писавшего о локализации "русского Бет-Захара" И. Стеллецкого (см. его статью "Мадебская карта-мозаика в Палестине в связи с вопросом о новой (русской) горней Бет-Захара". М., 1909 ("Древнос­ти", т. 22.) Ростовцев справедливо считает "слишком решительны­ми". В глазах Ростовцева русское археологическое присутствие в Па­лестине выглядит крайне недостаточным, он указывает на необходимость распространить на нее деятельность РАИК. Чего, как извест­но, не случилось по совершенно внешним, не зависившим от ученых-миссионеров причинам.
     Вряд ли нам следует особым образом формулировать выводы -простое сопоставление вышеизложенных материалов красноречиво в достаточной степени.
     Таким образом, фиксируется начало процесса формирования си­стемы православных Святых мест наряду с протестантской и католи­ческой, - увы, не завершенный. Вехами этого процесса можно счи­тать и другие действия Миссии и ИППО - такие как раскопки архим. Антонина в Иерусалиме и обустройство собственной святыни - Мамврийского дуба.
 
Доклад был прочитан в рамках международной церковно-научной конференции "Православная Византия и латинский Запад".
(К 950-летию разделения Церквей и 800-летию захвата Константинополя крестоносцами).
Москва, 26-27 мая 2004 г.
Издание Паломнического центра Московского Патриархата. Москва 2005 г.
 
 
 
 
 
 
 

 
 


[Версия для печати]
  © 2005 – 2014 Православный паломнический центр
«Россия в красках» в Иерусалиме

Копирование материалов сайта разрешено только для некоммерческого использования с указанием активной ссылки на конкретную страницу. В остальных случаях необходимо письменное разрешение редакции: palomnic2@gmail.com