Фотогалерея :: Ссылки :: Гостевая книга :: Карта сайта :: Поиск :: English version
Православный поклонник на Святой земле

На главную Паломнический центр "Россия в красках" в Иерусалиме Формирующиеся паломнические группы Маршруты Поклонники XXI века: наши группы на маршрутах Поклонники XXI века: портрет крупным планом Наши паломники о Святой Земле Новости Анонсы и объявления Традиции русского паломничества Из истории становления паломнических традиций Возрождение паломнических традиций в наши дни Путевые заметкиФотоальбом "Святая Земля" История Святой Земли Библейские места, храмы и монастыри Праздники Чудо Благодатного Огня Святая Земля и Святая Русь Духовная колыбель. Религиозная философия Духовная колыбель. Поэтические страницы Библия и литература Библия и искусство Книги о Святой Земле Православное Общество "Россия в красках" Императорское Православное Палестинское Общество РДМ в Иерусалиме Журнал О проекте Вопросы и ответы
Паломничество в Иерусалим и на Святую Землю
Рекомендуем
Новости сайта
Людмила Максимчук (Россия). Из христианского цикла «Зачем мы здесь?»
«Мы показали возможности ИППО в организации многоаспектного путешествия на Святую Землю». На V семинаре для регионов представлен новый формат паломничества
Павел Платонов (Иерусалим). Долгий путь в Русскую Палестину
Елена Русецкая (Казахстан). Сборник духовной поэзии
Павел Платонов. Оцифровка и подготовка к публикации статьи Русские экскурсии в Святую Землю летом 1909 г. - Сообщения ИППО 
Дата в истории

1 ноября 2014 г. - 150-летие со дня рождения прмц.вел.кнг. Елисаветы Феодоровны

Фотогалрея

Главная страница фотогалереи


В предверии Нового 2014 года и Рождества Христова на Святой Земле

Сергиевское подворье Императорского Православного Палестинского Общества (ИППО): фотолетопись 1887-2010.

 
 
  
 
  
  
  
  
  
 
Интервью с паломником
Протоиерей Андрей Дьаконов. «Это была молитва...»
Материалы наших читателей

Даша Миронова. На Святой Земле 
И.Ахундова. Под покровом святой ЕлизаветыАвгустейшие паломники на Святой Земле

Электронный журнал "Православный поклонник на Святой Земле"

Проекты ПНПО "Россия в красках":
Раритетный сборник стихов из архивов "России в красках". С. Пономарев. Из Палестинских впечатлений 1873-74 гг.
Удивительная находка в Иерусалиме или судьба альбома фотографий Святой Земли начала XX века
Славьте Христа  добрыми делами!

На Святой Земле

Обращение к посетителям сайта
 
Дорогие посетители, приглашаем вас к сотрудничеству в нашем интернет-проекте. Те, кто посетил Святую Землю, могут присылать свои путевые заметки, воспоминания, фотографии. Мы будем рады и тематическим материалам, которые могут пополнить разделы нашего сайта. Материалы можно присылать на наш почтовый ящик

Наш сайт о России "Россия в красках"
Россия в красках: история, православие и русская эмиграция


 
 
Под парусом надежды. Часть II

Под парусом надежды

Иерусалим. Елеонская гора. Вернувшись в Иерусалим, мы прежде всего отправились на Елеонскую гору. На этой горе два тысячелетия назад Иисус Христос проводил много времени в поучениях и проповедях среди своих учеников. Отсюда, из Гефсиманского сада, находящегося на склоне горы, Он был взят на суд и мучения. И здесь, на Елеонской горе, отмечено место Вознесения Христа...

Когда-то над этим местом, где на камне отпечатался след стопы Христовой, была поставлена часовня. Сам камень был огражден золоченой решеткой, а купол открыт, чтобы паломники видели небо, куда вознесся Господь. Но со временем многое пришло в упадок, и русский паломник Кир Бронников, побывавший здесь в 1821 году, писал, что «там была прежде церковь, но ныне оной нет, а только на довольное пространство остались кругло обведенные около того места каменные стены, составляющие ограду».

Ныне этим местом владеют мусульмане, но можно и христианам войти в малую молельню и поставить свою свечу там, где след стопы Христовой обрамлен мрамором. Во дворе мусульмане разрешают христианскому духовенству совершать службы в дни праздников. Рядом расположен русский Елеонский монастырь. Он был учрежден в 1903 году. При нем построили келий, гостиницу, богадельню, открылись золотошвейные и иконописные мастерские. До первой мировой войны обитель переживала период расцвета. Когда же турецкие войска заняли монастырь и храмы, духовенство и многие инокини были высланы в Александрию. После войны инокини вернулись в обитель, и духовная жизнь снова возродилась.

Гордость Елеонской обители — высокая белая колокольня, «русская свеча» на Святой Земле. Нам было разрешено подняться на колокольню, посмотреть на колокола и особенно на громадный колокол, историю которого я расскажу дальше.

Время близилось к закату, и монахиня начала звонить в колокол, созывая паломников к богослужению. А мы слушали вечерний звон и любовались панорамой Иерусалима. Этот дивный вид приводил в восхищение многих русских «пешеходцев» на протяжении ряда столетий. «Гора Елеонская высока, видно с нее все в городе Иерусалиме, и церковь Святая Святых с нее можно видеть, и до Мертвого моря, и до Иордана, и всю землю по обе стороны Иордана. Выше всех гор около Иерусалима Елеонская гора», — писал русский паломник игумен Даниил в начале XII века.

Под сводами церкви Вознесения похоронен ее основатель и строитель — архимандрит Антонин (Капустин). А рядом с местом его упокоения, с высокой колокольни каждый день раздается «толстый звон», слушать который о.Антонин был большой любитель. По окончании строительства колокольни в Яффу прибыл на пароходе большой колокол весом в 308 пудов, пожертвованный близким другом о.Антонина, Соликамским купцом А.В.Рязанцевым. В августе 1885 года этот колокол благодаря материальной помощи графини О.Е.Путятиной был перевезен с пристани в русский сад в Яффе.

Далее предстояло перевезти его на Елеон. И о.Антонин кликнул клич к русским людям: «Не найдутся ли христолюбцы для возведения иерусалимского Ивана Великого на горе Вознесения? Очень, очень желали бы здесь сего». «И вот, — вспоминает о.Антонин, — 105 человек (на две трети женщины) спешно прибыли во вторник в Яффу и принялись за дело. Благодаря общему воодушевлению в течение 7 дней колокол, несмотря на тысячу затруднений, был благополучно доставлен (на руках!) в наши постройки. 5 февраля вечером ему была восторженная встреча, поднявшая на ноги весь город. Затем вся масса паломников взялась тащить колокол на св.Елеон к месту его назначения».

Голгофа. Рисунок прошлого века.Подходит время нашего прощания со Спасо-Вознесенской обителью. Паломники ставят свечи перед иконой Божией Матери «Взыскание погибших», которая пользуется здесь особым почитанием; эта традиция имеет свою историю... В 1911 году группа паломников плыла из России в Святую Землю. Среди них был старец, раздававший на пароходе листочки с историей и чудесами иконы Божией Матери «Взыскание погибших». Во время плавания поднялась буря. Паломники взмолились Пресвятой Богородице и обещали Ей соорудить икону. Пароходик благополучно доплыл до Яффы, и паломники выполнили свое обещание.

Выходим за ворота обители и начинаем спускаться вниз. Перед нами стройные кипарисы, оливковые деревья. Христос любил это уединенное место. Здесь, на склоне Елеонской горы, в Гефсиманском саду, он молил Бога Отца, чтобы горькая чаша страданий миновала Его, и кровавые капли пота выступали во время этой молитвы на лице Иисуса. Он страшился подступающей гибели, как страшится ее каждый земной человек, и в то же время шел ей навстречу ради спасения человечества...

У подножия Елеонской горы находится другая русская обитель, основанная при храме во имя св.Марии Магдалины. Его главки золотятся в лучах солнца, напоминая о наших древнерусских церквах.

Этот храм был построен по распоряжению императора Александра III в память матери, императрицы Марии Александровны. Храм св.Марии Магдалины — истинный шедевр. Прекрасен иконостас из белого мрамора, прекрасны иконы, большинство из которых писаны знаменитыми Верещагиным и Ивановым.

При храме имеется монастырь; небольшая женская обитель св.Марии Магдалины сравнительно новая. Она была основана в 1934 году шотландкой Варварой Робинсон, которая приняла Православие и была наречена Марией. Нас встречает монахиня-арабка, хорошо говорящая по-русски. При монастыре воспитываются девочки из бедных арабских семей, и некоторые из них впоследствии принимают монашеский постриг.

Поднимаемся по ступеням и входим в величественный храм св.Марии Магдалины. Здесь покоятся мощи великой княгини Елизаветы Федоровны, сестры покойной императрицы Александры Федоровны. Муж Елизаветы Федоровны, великий князь Сергей Александрович, был убит революционерами в 1905 году, а ее ожидала еще более горькая участь. Она была убита большевиками в 1918 году, сброшена в глубокую шахту в Алапаевске, на Урале. Когда белые войска заняли Урал, тела Елизаветы Федоровны и великих князей были обнаружены на дне шахты. (Как известно, в Алапаевске были убиты князья Иоанн, Константин и Игорь Константиновичи. Они были живыми сброшены в шахту вместе с Елизаветой Федоровной.) Тела убитых великих князей были увезены в Пекин и похоронены там в склепе под церковью Российской Духовной Миссии. Тело же Елизаветы Федоровны было привезено в Иерусалим в 1920 году и помещено в склепе, под церковью св.Марии Магдалины, в женской обители в Гефсиманском саду. Вместе с ней в склепе нашла свое упокоение ее келейница Варвара. В 1981 году преподобномученица Елизавета и инокиня Варвара были причислены к лику святых Русской Православной Церковью за границей. После прославления новомучениц, «от богоборцев мученический венец принявших», их мощи были перенесены из-под спуда в храм, где они теперь и находятся в раках для поклонения верующих. (Вернувшись из долгой паломнической поездки на родину, мы вскоре узнали, что преподобномученица Елизавета причислена к лику святых и в Русской Православной Церкви Московского Патриархата.)

Иерусалим. Xрам Гроба Господня. С наступлением субботы жизнь в еврейской части города замирает; не ходят даже городские автобусы, и лишь изредка мелькнет такси с арабским номером. В Израиле иудаизм — государственная религия, и здесь строго соблюдается заповедь Моисеева: «Шесть дней делайте дела, а день седьмой должен быть у вас святым, суббота покоя Господу». Отсутствие привычной городской суеты помогало сосредоточиться и подготовиться к главному событию...

В ночь с субботы на воскресенье мы присутствовали за Божественной литургией у Гроба Господня, которую совершал Патриарх Иерусалимский блаженный Диодор. Перед литургией исповедовались у Голгофы, а затем причащались Святых Тайн. У Гроба Господня поставили множество свечей, которые передали нам верующие во время долгого пути наших лодий от Петрозаводска до Черного моря.

Трудно передать волнение, охватившее нас в стенах храма... Сколько паломников русских, начиная с монаха Варлаама (письменное свидетельство о его паломничестве, самое раннее, относится к 1062 году), стремилось в Иерусалим, к храму Воскресения Христова и находящимся ныне в его стенах Голгофе и Гробу Господню.

Обращаю мысленный взор в глубь веков и вижу Голгофу, невысокую гору, неподалеку от иерусалимских стен; Иисуса, измученного бессонной ночью в Гефсиманском саду, бесконечными допросами и жестоким бичеванием; его тяжкий путь с крестом на плече от дворца прокуратора к Голгофе — и толпу любопытных, гогочущих, жаждущих зрелища...

В часы гибели Иисуса наступило затмение солнца.

Неподалеку от места, где распяли Христа, находилась пещера. Туда и отнесли тело Его, завернутое в благовонные пелены, и вход в пещеру завалили камнем. Было это в пятницу. А в воскресенье, рано утром, как рассказывает евангелист Иоанн, приходит ко гробу Мария Магдалина (гробом евангелисты называют пещеру) и видит, что камень отвален от входа...

«Мария стояла у гроба и плакала; и, когда плакала, наклонилась во гроб.
И видит двух Ангелов, в белом одеянии сидящих, одного у главы и другого у ног, где лежало Тело Иисуса.
И они говорят ей: жена! что ты плачешь? Говорит им: унесли Господа моего, и не знаю, где положили Его.
Сказав сие, обратилась назад и увидела Иисуса стоящего...
Иисус говорит ей: не прикасайся ко Мне, ибо Я еще не восшел к Отцу Моему; а иди к братьям Моим и скажи им: восхожу к Отцу Моему и Отцу вашему, и к Богу Моему и Богу вашему».

История храма Воскресения Христова, воздвигнутого над Гробом Господним, уходит в глубокую древность. На протяжении веков он подвергался многократным разрушениям. Но приходило время — и храм восстанавливали... Не буду утомлять читателя описанием многочисленных исторических подробностей, расскажу лишь о том, о чем думалось в стенах храма — о русских паломниках, о многовековых связях храма Гроба Господня с Россией. И пусть простит меня читатель, что я часто буду прибегать к текстам самих паломников: в их словах — вера и искренность чувств, в их словах — само время...

Игумен Даниил в своем «Хожении» (напомню: начало XII века) приводит подробные сведения о пещере Гроба Господня, которая находилась в храме: «Гроб Господень высечен в каменной стене, наподобие небольшой пещерки, с малыми дверцами, как можно человеку влезть на коленях, склоняясь. Пещера квадратна, 4 локтя в длину и 4 в ширину. И как влезешь малыми дверцами в эту малую пещеру, то на правой стороне будет небольшая лавка, высеченная из того же пещерского камня. И на той лавке лежало тело Иисуса Христа. Ныне эта лавка святая покрыта мраморными плитами. В стороне проделаны три круглых оконца, и в эти оконца виден святой камень, и тут поклоняются все христиане».

Свое хождение в Иерусалим игумен Даниил совершил вместе с восемью паломниками, жителями Киева и Новгорода. Это были миряне Изяслав Иванович, Городислав Михайлович, двое Кашкичей и другие. Поклоняясь Гробу Господню, русские паломники увидели, что здесь висят «пять больших лампад с маслом, и горят они непрестанно днем и ночью». Благочестивые богомольцы решили принести этой святыне исполненный высокого смысла дар от русских верующих.

Все паломники стремились и стремятся в Иерусалим — к храму Воскресения Христова и находящимся ныне в его стенах Голгофе и Гробу Господню.В своих записках игумен Даниил сообщает, что накануне праздника Пасхи Христовой — в Великую Пятницу, он «пошел к князю Балдуину (Тогда в Палестине было образовано Иерусалимское королевство во главе с предводителем 1-го крестового похода Балдуином I.) и поклонился ему до земли. Он же, увидев меня, худого, подозвал к себе с любовию и спросил: «Что хочешь, игумен русский?» Он хорошо знал меня и очень любил, был он человеком добродетельным, очень скромным и ничуть не гордился. Я же сказал ему: «Князь мой, господин мой, прошу тебя ради Бога и князей русских, разреши, чтобы я поставил свое кандило (лампаду. — Авт.) на Святом Гробе от всей Русской земли».

«Тогда, — продолжает игумен Даниил, — он милостиво и любовно разрешил мне поставить кандило на Гробе Господнем, послал со мною человека, своего лучшего слугу, к эконому церкви Воскресения и к тому служителю, который держит ключ гробный. Эконом и ключарь Святого Гроба разрешил и мне принести свое кандило с маслом. Я, поклонившись им, пошел с большой радостью, купил большое стеклянное кандило, налил в него масла честного, принес уже вечером ко Гробу Господню и упросил ключаря впустить внутрь Гроба Господня. Он открыл мне двери, велел снять калиги, босого ввел меня с кандилом и разрешил мне поставить кандило на Гробе Господнем. Я поставил своими руками грешными в ногах, там, где лежали пречистые ноги Христа. В головах стояло кандило греческое, на груди было поставлено кандило монастыря Саввы и всех других монастырей...

Я же тогда, поставив кандило, поклонившись честному Гробу и поцеловав с любовию и со слезами святое место, где лежало тело Христа, вышел из Гроба с великой радостью и пошел в свою келью». Так игумен Даниил первым из русских паломников поставил неугасимую лампаду у Гроба Господня от имени «всея Руси».

Среди паломников, посещавших Иерусалим, издавна бытовала традиция поминать у Гроба Господня имена своих родных и знакомых, живых и усопших. Вот как исполнил этот обычай диакон Троице-Сергиева монастыря Зосима, который путешествовал по Ближнему Востоку в 1419 - 1422 годах. «У Гроба Божьего поминал я грешных и всех Русской земли князей и бояр и всех православных христиан, — сообщал диакон в книге «Хожение Зосимы в Царьград, Афон и Палестину» — купил два пергамента больших, дал за них 6 драхм (так в Иерусалиме деньги зовут, не фолем зовут (Видимо, имеется в виду флорин, золотая монета Венгрии и Богемии.)) и написал на них все имена и положил у Гроба Божьего, дал золотую дукатицу патриаршему попу Варфоломею, который живет у Гроба Божьего, и велел поминать в каждое воскресенье и в праздники...»

У Гроба Господня русские паломники изливали свои самые сокровенные чувства и желания. Княжна Ефросиния, игумения Полоцкая, под конец своей жизни посетила Иерусалим и, поклоняясь Гробу Господню, молилась Воскресшему Спасителю: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий! Ты сказал: «просите и дастся вам». Благодарю Тебя, что я, грешная, получила все, что просила: сподобилась видеть святые места, которые Ты освятил Твоими пречистыми ногами, и лобызать Святой Гроб, в котором Ты почил за нас пречистою Твоею плотию. Но и еще прошу у Тебя единого дара — дай мне скончаться в этих святых местах!» Желание Святой Ефросиний Полоцкой исполнилось: она скончалась в Святой Земле в 1173 году и была похоронена в одной из палестинских обителей. (Впоследствии ее мощи были перенесены в Киев, а в 1910 году — в Полоцк, в основанный ею монастырь.)

Паломничество для русских христиан было зачастую дорогим и опасным делом. Поэтому в середине XVII века, когда главой Русской Православной Церкви был патриарх Никон, в России начали возведение точной копии Гроба Господня, или, как называли эту святыню греческие монахи, Кувуклии (По поводу этого термина в русской литературе приводится следующее объяснение: «Кувуклия — испорченное латинское слово «кубикулюм», что значит «спальня», «опочивальня», а на придворном языке в Византии этим именем называлась царская сокровищница. И в том и в другом значении название Св.Гроба Кувуклией весьма удачное и вполне соответствует понятию неоцененной сокровищницы, в которой тридневне плотию опочил, яко мертв, Спаситель рода человеческого».). В Ново-Иерусалимском Воскресенском монастыре под Москвой, созданном по благословению патриарха Никона, главный храм был сооружен по образцу храма Воскресения, по моделям и рисункам, вывезенным из Палестины Арсением Сухановым. К огромному объему собора примыкала с запада ротонда, в центре которой по примеру иерусалимского храма возвышалась Кувуклия — Гроб Господень, богато отделанная майоликой. Всем окрестным местам патриарх Никон дал наименования, повторявшие названия древнего Иерусалима, — река Истра превратилась в Иордан, ближайшая роща стала Гефсиманским садом и так далее.

Патриарх Никон стремился создать Ново-Иерусалимский монастырь с храмом Воскресения, чтобы привлечь на Русь сотни тысяч богомольцев. Русскую иерархию давно уже волновала мысль о создании около Москвы всемирного центра Православия. С 1453 года, когда пал «второй Рим» — Константинополь и Византийская империя прекратила свое существование, Россия осталась единственным православным государством, которое сохранило национальную независимость. Именно в эту эпоху был сформулирован тезис: «Москва — третий Рим, а четвертому не бывать».

Но, стремясь создать «третий Рим», Россия одновременно оказывала духовную и материальную поддержку православным христианам, находившимся под турецким игом. Русские цари присылали греческому духовенству, состоявшему при Гробе Господнем, не только золото и «мягкую рухлядь», но также иконы и другие предметы церковного искусства.

Подробное перечисление пожертвований, которые были сделаны уже в Петровскую эпоху, можно найти в книге иеромонаха Саровской пустыни Мелетия, совершившего путешествие в Иерусалим в конце XVIII века. Он скрупулезно отмечал те русские дары, которые сохранялись в храме Воскресения. По его словам, в будние дни эти драгоценные подарки хранились в ризнице, и видеть их можно было только при наступлении великих праздников. Иеромонах Мелетий прибыл в Иерусалим на 6-й неделе Великого поста: «на сей седмице, — писал он, — для наступающих праздников недели Ваий и Святой Пасхи, начали церковь украшать покровами, паникадилами и кандилами. Сих по разным местам и посреде церкви на железных спускающихся цепях, нарочно для того распростертых, развешано толикое множество, что исчислить было не можно».

Среди лампад, которые украшали храм Воскресения, были и «кандила от земли Русской» — во исполнение традиции, идущей от игумена Даниила. «В алтаре на горнем месте пред иконами привесили три большие серебряные кандила, присланные из России от их царских величеств Иоанна Алексеевича и Петра Алексеевича со славянской и греческой подписью...» — сообщает иеромонах Мелетий.

Посылала Россия и богослужебные книги. Во время пасхальной службы у Кувуклии Евангелие читалось на четырех языках: греческом, славянском, арабском и турецком. Славянское Евангелие «было чрезвычайной величины, — пишет иеромонах Мелетий. — Оно было прислано из России от патриарха Адриана в 1694 году с таким надписанием: «Во храм великий живоносного Воскресения Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа и Святого Гроба Господня».

Записи иеромонаха Мелетия тем более ценны, что он был одним из последних русских паломников, видевший храм Воскресения и его богатства до опустошительного пожара, случившегося в 1808 году. Тогда был разрушен весь круглый храм вокруг часовни Гроба Господня и отчасти Голгофские приделы... По этой же причине большую ценность приобрела копия Гроба Господня в Ново-Иерусалимском Воскресенском монастыре под Москвой; с 1808 года лишь по ней можно было судить о том, что представлял собой оригинал до разрушительного пожара.

Последними из русских путешественников, кто видел храм Гроба Господня до пожара, были братья Вешняковы. К их «Путевым запискам во Святый град» приложено и изображение его.

В то время русские паломники пользовались особыми привилегиями в Святой Земле, находившейся под управлением турецкой администрации. Это было следствием Кючук-Кайнарджийского мира, заключенного в 1774 году после окончания русско-турецкой войны. Братья Вешняковы, к примеру, сообщают: «На другой день по прибытии нашем, февраля 4-го числа 1805 года присланы были пополудни от муфтия в Патриархию чиновные арабы, которые брали с каждого поклонника мужского и женского пола по 23 пиастра, а с малолетних половиною меньше, и давали тескере, то есть билеты с чернильными печатями на маленьких лоскуточках бумаги, для пропуска в храм Гроба Божия. Мы показали им свой фирман; они, прочитав его, назад возвратили и с нас ничего не требовали».

Моление Иисуса Христа в Гефсиманском саду в ночь перед распятием. Гравюра Гюстава Доре.В начале XIX века в Иерусалиме уже постоянно проживало небольшое число русских богомольцев, причем часть из них подвизалась у Гроба Господня. Братья Вешняковы встречались с некоторыми из них. «Мы нашли во Иерусалиме, к немалой своей выгоде и удовольствию, трех соотечественников, природных россиян», — сообщают они и далее кратко упоминают про каждого: «Первый иеромонах Паисий, бывший в Российском флоте, господствовавшем при Екатерине Великой в Средиземном море; он, по увольнении своем из онаго, прибыл в Иерусалим и находится теперь в числе братства в монастыре Патриаршем, но за старостию священствовать не может.

Второй иеромонах Арсений, уроженец города Черкасска, что на Дону; он прибыл во Иерусалим со святой горы Афонской за девять лет тому назад. Третий монах Рафаил, уроженец полтавский, находится в монастыре Патриаршем уже 25 лет; ему поручено смотрение за небольшим патриаршим садом и чистотою монастырской».

Русские иноки, жившие в Святом Граде, отличались благочестием, что и засвидетельствовано в записках братьев Вешняковых: «По смирению и трудолюбию оные иноки, иеромонах, числящийся в числе соборных у Гроба Божия, Арсений и монах Рафаил, приобрели благосклонность эпитропа архиепископа Кирилла и прочих начальствующих лиц».

Братья Вешняковы упоминают еще про «трех россиян в числе послушников»; при этом отмечают, что русские иноки оказывали большую помощь богомольцам из России: «Они иногда россиянам, не знающим говорить по-гречески, бывают переводчиками и за удовольствие себе поставляют угощать своих соотечественников избыточественно яствами и напитками. Подлинно сии честнейшие иноки доставляют путешественникам немалую пользу: они подают им совет, чего должно остерегаться, показывают святые достопримечательные места во внутренности и вне Иерусалима».

После пожара 1808 года Кувуклия чудом сохранилась, хотя ее верх и стены были значительно повреждены при падении купола. Но в целом от храма остались лишь развалины. Христианские страны не смогли оказать немедленную помощь в восстановлении иерусалимской святыни — то было время наполеоновской агрессии в Европе. Из всех монашеских общин, подвизавшихся у Гроба Господня, за восстановление храма взялись лишь греки. Россия откликнулась на просьбу о помощи: во всех русских церквах были установлены кружки с надписью: «На Гроб Господень».

Новый век принес новые события и новые волнения. Но по-прежнему рекой текли денежные пожертвования (не случайно в восстановленном после пожара храме были помещены изображения российских двуглавых орлов), продолжали поступать ценные дары. Так, Николай I пожертвовал Святогробскому братству лампаду из чистого золота пяти пудов весу. Его дар присоединился к дарам Бориса Годунова и Петра I — Евангелию в серебряном окладе и императорской шпаге...

Тот большой вклад, который с помощью России внесли греческие насельники в восстановление храма Воскресения, позволил им укрепить и расширить свои права на эту общехристианскую святыню. Вообще храм был разделен на сферы влияния между представителями восьми христианских исповеданий и национальностей. Но со времени войны 1812 года права на восстановленный храм Воскресения остались только у представителей четырех Церквей: Римско-Католической, Иерусалимской, Коптской и Армянской. Те места поклонения, которые раньше принадлежали маронитам, сирийцам, эфиопам и грузинам, перешли к грекам. И хотя после Крымской войны, после Парижского мира 1856 года, Россия утратила право покровительствовать христианам в Турции, а следовательно, и в Палестине, — это не уменьшило потока русских богомольцев ко Святому Гробу.

В 1848 году в Палестине побывал Н.В.Гоголь. Мысль писателя о поездке в Святую Землю и ее осуществление находились в неразрывной связи с развитием его религиозно-нравственного мировоззрения. Поэтому и сам Гоголь смотрел на свое путешествие в Палестину как «на важнейшее из событий своей жизни». Из его писем иерусалимского периода видно, что он постоянно пребывал в состоянии исповедника, кающегося в своих грехах перед Богом, перед ближними, перед всем миром. В письме к своему духовному наставнику отцу Матфею от 21 апреля 1848 года Гоголь, сообщая о своих впечатлениях в Палестине, отмечал, что еще никогда не был так мало доволен состоянием сердца своего, как в Иерусалиме, что увидел там «черствость свою и себялюбие». «Была одна минута», — начал было Гоголь в том же письме, — но какая — не сказал... Быть может, это была та минута, когда Гоголь стоял один в преддверии пещеры Гроба Господня, а перед ним — только священник, совершавший литургию на самом Святом Гробе.

Диакон, призывавший народ к молитвам, стоял позади русского паломника, за стенами Гроба; его голос слышался в отдалении. Пение народа и хора было еще отдаленнее. Пение русских паломников, возглашавших «Господи помилуй», едва доходило до слуха Гоголя. Передавая впечатления этой минуты, Гоголь писал Жуковскому: «Все это было так чудно! Я не помню, молился ли я. Мне кажется, я только радовался тому, что поместился на месте, так удобном для моления и так располагающем молиться; молиться же я собственно не успел. Литургия неслась, мне казалось, так быстро, что самые крылатые моления не в силах бы угнаться за нею. Я не успел почти помолиться, как очутился перед чашей, вынесенной священником из вертепа, для приобщения меня недостойного». Это был момент высшего подъема религиозного чувства Гоголя в Святой Земле.

В 1861 году А.С.Норов, известный русский публицист и востоковед, имел встречу с Иерусалимским патриархом Кириллом — тем самым, который, откликаясь на просьбу России, перенес свою резиденцию из Константинополя в Иерусалим, чтобы активнее защищать интересы Святогробского братства. А.С.Норов в своих записях отметил, что «патриарх был тяжко озабочен делом о возобновлении купола храма Гроба Господня, пробудившим притязания латинцев». «Купол, осеняющий Гроб Господень, — рассказывал А.С.Норов, — грозит постоянно разрушением... В этом положении храм Гроба Господня находится уже несколько лет. Право построек в храме принадлежит, по истории, издавна грекам и утверждено фирманами султанов; но римские католики не перестают поставлять тому беспрестанные преграды и не позволяют грекам приступать к исправлению купола, несмотря на угрожающую опасность как людям, так и самой святыне».

Влияние православной России в данном случае пересеклось с интересом, который проявляли к Гробу Господню европейские католические державы и особенно Франция. После переговоров обе стороны пришли к взаимоприемлемому решению. Восстановление купола длилось с 1865 по 1869 год «иждивением обоих правительств». Однако вскоре по окончании работ патриарх Кирилл поплатился за свою близость России: он был низложен и заточен на один из Принцевых островов, где и скончался.

Но русское влияние у Гроба Господня по-прежнему возрастало. Патриарх Никодим, взошедший на Иерусалимский патриарший престол в 1883 году, был первым из патриархов Иерусалимских, который стал произносить за богослужением многие возгласы и молитвы по-русски. Вот как описывал очевидец пасхальные дни в Иерусалиме в 1884 году: «Максимум скопления не только русских, но и вообще паломников бывает в Иерусалиме к празднику Пасхи; весь Иерусалим тогда представляется настоящим городом паломников. На всех улицах слышится русская речь, везде виднеются русские лица, русские костюмы; продавцы различной снеди, погонщики ослов и даже нищие — все стараются в это время мараковать по-русски». В 1882 году в России было учреждено Православное Палестинское Общество, ставившее своей целью покровительствовать русским паломникам в Святой Земле. А через три года была отменена необходимость получения турецкого паспорта (тескере) для русских паломников...

На протяжении столетий турецкая администрация заведовала охраной храма Воскресения: он находился в центре старого города, населенного в то время преимущественно мусульманами. По старинной традиции богослужения у Святого Гроба совершались ночью, чему было свое объяснение. «Мусульмане в века своего могущества не переносили так равнодушно, как теперь, открытого христианского культа, — писал журналист Е.Марков в 1891 году, — и в старое время при каждом народном волнении прежде всего толпа нападала на христианские святыни и прекращала христианские службы. Патриарх и богатые армянские и греческие общины охотно платили паше за охрану и охотно вручали ему ключи своего храма, а чтобы не давать лишнего повода к волнению, старались все церковные службы справлять по ночам, когда правоверные предаются сну. Право первой обедни присвоили себе греки, старинные хозяева Палестины, вторую обедню служат армяне, а католики, явившиеся после всех в Иерусалим, служат третью».

Ответственность мусульманских стражей порядка особенно возрастала в дни больших христианских праздников, когда в Иерусалим стекалось множество верующих разных конфессий. Накануне пасхального крестного хода порядок в храме Воскресения поддерживали вооруженные солдаты. Об этом сообщал в своих записках А.Недумов — поручик Кексгольмского гренадерского полка; сообщал он и о необычном для Святого Града событии: однажды поддерживать порядок у Гроба Господня турецким солдатам помогали... русские моряки: «В числе трехсот человек прибыли они на фрегате «Владимир Мономах» в Яффу со своим храбрым командиром Дубасовым, героем минувшей войны, и пожелали поклониться величайшей святыне христианского мира».

Как ни торжественны предпасхальные службы в Иерусалиме, но ни одна из них не привлекала столько паломников, как раздача священного огня у Гроба Господня. Этот обряд совершается на Пасху, в Великую Субботу. Врач А.В.Елисеев, побывавший в Иерусалиме весной 1884 года, сумел сжато и образно запечатлеть ход церемонии: «Храм освещен, несмотря на ясный солнечный день. Глаза всех устремлены на богато разукрашенную Кувуклию, вход в которую запечатан еще накануне и с тех пор охраняется двумя монахами — греком и армянином. Запечатление Кувуклии совершается в присутствии ассистентов, свидетельствующих о том, что там не осталось и следа земного огня; все многочисленные лампады у Гроба Господня потушены в ожидании ниспадения огня небесного.

Около часу пополудни с большой таинственностью является патриарх, а с ним масса духовенства в разноцветных, залитых золотом облачениях; пестрота зрелища увеличивается еще более, когда в таковом же великолепном облачении является армянский патриарх со своим клиром. Около часа продолжается служение у Кувуклии, вокруг которой оба патриарха со своими клирами совершают троекратный обход», — пишет А.В.Елисеев и далее говорит о том, что происходит 5-8 минут спустя: «Храм уже наполнился странным криком, смятением; волнение уже начало все сильнее и сильнее захватывать наэлектризованную толпу, когда из окошечка Кувуклии справа показался огонь, который патриарх на пуке свечей выдавал народу... Священник из арабов, стоявший с пуком свечей у самого окошка Кувуклии, в одно мгновение засветил свои свечи и стремглав бросился через толпу, и пробился через всю церковь в алтарь Воскресения, куда и перенес прежде всего священный огонь. Все бросились к источнику священного огня..; сверху, откуда я наблюдал, представлялась одна живая масса, среди которой высовывались одни руки со свечами, стремившимися заполучить священный огонь. С быстротой пороховой нитки обегал священный огонь волнующуюся толпу, и минуты через 2-3 уже вся церковь пылала огнем».

Согласно древней традиции огонь, полученный в Великую Субботу на тридневном ложе Искупителя, поддерживается в Кувуклии целый год и тушится только накануне Великосубботнего дня. Русские паломники, как и остальные богомольцы, несли зажженные свечи до места своего пристанища, стараясь сохранить святыню как можно дольше. А многие, проявляя свое благочестие и усердие, совсем не гасили благодатного огня, берегли его, чтобы довезти до России в особых фонарях. Об одном уникальном случае упоминается в «Путеводителе по Святой Земле» (Одесса, 1886): «Парасковья Федоровна Привалова донесла святой огонь, по обету, до новостроившейся церкви в городе Симбирске».

...Более столетия прошло с тех пор. Как многое изменилось в мире... Но духовные связи русских христиан с храмом Гроба Господня не прервались. Насельницы Спасо-Вознесенской и Гефсиманской обителей (Русская Зарубежная Церковь) молились здесь в. те годы, когда приток богомольцев из России был прекращен. Лишь с 1948 года была возобновлена деятельность Русской Духовной Миссии в Иерусалиме. А в 1989 году в Москве возобновилась деятельность Иерусалимского подворья. Быть может, недалек тот день, когда вновь многие российские богомольцы смогут посетить Святую Землю. И тогда поклонение Гробу Господню станет апогеем в духовной жизни каждого из них, как это было и прежде.

Архимандрит Августин (Никитин)
Фото Юрия Масляева
 
(Окончание следует)
 

Источник журнал "Вокруг света" №2  (2617)  |  Февраль 1992



[Версия для печати]
  © 2005 – 2014 Православный паломнический центр
«Россия в красках» в Иерусалиме

Копирование материалов сайта разрешено только для некоммерческого использования с указанием активной ссылки на конкретную страницу. В остальных случаях необходимо письменное разрешение редакции: palomnic2@gmail.com