Фотогалерея :: Ссылки :: Гостевая книга :: Карта сайта :: Поиск :: English version
Православный поклонник на Святой земле

На главную Паломнический центр "Россия в красках" в Иерусалиме Формирующиеся паломнические группы Маршруты Поклонники XXI века: наши группы на маршрутах Поклонники XXI века: портрет крупным планом Наши паломники о Святой Земле Новости Анонсы и объявления Традиции русского паломничества Фотоальбом "Святая Земля" История Святой Земли Библейские места, храмы и монастыри Праздники Чудо Благодатного Огня Святая Земля и Святая Русь Духовная колыбель. Религиозная философия Духовная колыбель. Поэтические страницы Библия и литература Древнерусская литература Библия и русская литература Знакомые страницы глазами христианинаБиблия и искусство Книги о Святой Земле Православное Общество "Россия в красках" Императорское Православное Палестинское Общество РДМ в Иерусалиме Журнал О проекте Вопросы и ответы
Паломничество в Иерусалим и на Святую Землю
Рекомендуем
Новости сайта
Людмила Максимчук (Россия). Из христианского цикла «Зачем мы здесь?»
«Мы показали возможности ИППО в организации многоаспектного путешествия на Святую Землю». На V семинаре для регионов представлен новый формат паломничества
Павел Платонов (Иерусалим). Долгий путь в Русскую Палестину
Елена Русецкая (Казахстан). Сборник духовной поэзии
Павел Платонов. Оцифровка и подготовка к публикации статьи Русские экскурсии в Святую Землю летом 1909 г. - Сообщения ИППО 
Дата в истории

1 ноября 2014 г. - 150-летие со дня рождения прмц.вел.кнг. Елисаветы Феодоровны

Фотогалрея

Главная страница фотогалереи


В предверии Нового 2014 года и Рождества Христова на Святой Земле

Сергиевское подворье Императорского Православного Палестинского Общества (ИППО): фотолетопись 1887-2010.

 
 
  
 
  
  
  
  
  
 
Интервью с паломником
Протоиерей Андрей Дьаконов. «Это была молитва...»
Материалы наших читателей

Даша Миронова. На Святой Земле 
И.Ахундова. Под покровом святой ЕлизаветыАвгустейшие паломники на Святой Земле

Электронный журнал "Православный поклонник на Святой Земле"

Проекты ПНПО "Россия в красках":
Раритетный сборник стихов из архивов "России в красках". С. Пономарев. Из Палестинских впечатлений 1873-74 гг.
Удивительная находка в Иерусалиме или судьба альбома фотографий Святой Земли начала XX века
Славьте Христа  добрыми делами!

На Святой Земле

Обращение к посетителям сайта
 
Дорогие посетители, приглашаем вас к сотрудничеству в нашем интернет-проекте. Те, кто посетил Святую Землю, могут присылать свои путевые заметки, воспоминания, фотографии. Мы будем рады и тематическим материалам, которые могут пополнить разделы нашего сайта. Материалы можно присылать на наш почтовый ящик

Наш сайт о России "Россия в красках"
Россия в красках: история, православие и русская эмиграция


 
Главная / Библия и литература / Знакомые страницы глазами христианина / Пушкин А. С. / Мотивы Экклезиаста и Апокалипсиса в творчестве А. С. Пушкина. Н. Сикорская, Т. Кравцова
 
Мотивы Экклезиаста и Апокалипсиса в творчестве А. С. Пушкина

Жизнь каждого человека не прямолинейна. Она полна противоречий, и потому в ней всегда находится место сомнениям и поискам истины. Особенно ярко это проявляется у людей творческих, что можно заметить по их произведениям.

Становление мировоззрения отдельной личности напрямую связано с окружающей культурной, политической средой, настроениями, царящими в ней в определенную эпоху.

Русское общество первой половины XIX века было проникнуто идеями французского просветительстваи эпикурейства, которые сочетались с традиционной русской культурой. В связи с этим нельзя не отметить того значения, которое имела Библия для большинства людей, потому, вне зависимости от личной религиозности, каждый был хорошо знаком со Священным Писанием. Этим и можно объяснить широкое использование религиозных образов, мотивов, библейских цитат в русской литературе. Анализируя творчество А.С. Пушкина, можно заметить эту особенность в поэзии, прозе, и даже в переписке с друзьями.

<Из письма к А. И. Тургеневу>

В руце твои предаюся,Отче! Вы, который сближены с жителями Каменного острова, не можете ли вы меня вытребовать <…> с моего острова Пафмоса? Я привезу вам за то сочинение во вкусе Апокалипсиса…

7 мая 1821 г.

В то время Пушкин находился в ссылке в Кишиневе, и с этим связаны его пессимистические настроения и использование образа уединенного острова, на котором апостолом Иоанном Богословом был создан Апокалипсис. Каменный остров, упоминающийся в письме, - место летнего отдыха Александра I.

Через девять лет, в 1830 году, поэт выполняет свое обещание. Создав стихотворение "Герой", он отправляет его М.П. Погодину со словами: "Посылаю Вам из моего Пафмоса Апокалипсическую песнь. Напечатайте, где хотите, хоть в Ведомостях - но прошу вас… не объявлять никому моего имени".

Из этого же письма: "Дважды порывался я к вам, но карантины опять отбрасывали меня на мой несносный островок, откуда простираю к Вам руки и вопию гласом велиим. Пошлите мне слово живое, ради Бога". Сравним с Апокалипсисом:

И возопи в крепости, гласом велиим глаголя... (Откр. 19: 2)

В дальнейшем Пушкин не раз обращался к такого рода сравнениям.

Образ острова Пафмоса вновь возникает в 1831 г. в письме Пушкина к П.А. Плетневу, пережидавшему эпидемию холеры на Каменноостровской даче: "Ты в своем Пафмосе безвреден и недостижим".

Но образом острова не ограничивается связь творчества А.С. Пушкина с Апокалипсисом. Еще одно яркое обращение поэта к Откровению Иоанна Богослова - появление в его стихотворениях образа всадника.

"Я взглянул, и вот, конь белый, а на нем всадник... и дан был ему венец, и вышел он как победоносный, и чтобы победить" (Откр. 6: 2).
У Пушкина в черновиках десятой главы "Евгения Онегина" читаем:

Сей муж судьбы, сей странник бранный,
Пред кем унизились Цари,
Сей всадник, Папою венчанный,
Исчезнувший как тень зари…

Так поэт рисует Наполеона - человека, желавшего стать властителем всего мира, правителем Вселенной, завоевавшего пол-Европы.

"Свершилось!" - молвил он. - Давно ль народы мира
Паденье славили Великого Кумира,
(Из стихотворения "Недвижный страж дремал на царственном пороге…")

Для одних Наполеон был кумиром, другие считали его Антихристом и противопоставляли ему "Владыку севера" - русского императора Александра I, о котором Пушкин писал, также используя образы Апокалипсиса:

6.
Он рек, и некий дух повеял невидимо,
Повеял и затих, и вновь повеял мимо,
Владыку севера мгновенный хлад объял,
И в царственный порог вперил, смутясь, он очи -
Раздался бой полночи -
И се внезапный гость в чертог Царя предстал.

7.
То был сей чудный муж, посланник Провиденья,
Свершитель роковой безвестного веленья,
Сей всадник, перед кем склонилися Цари,
Мятежной Вольности наследник и убийца,
Сей хладный кровопийца,
Сей Царь, исчезнувший как сон, как тень зари…

В этих строках можно увидеть пророчество поэта о смерти АлександраI, последовавшей полтора года спустя. В облике Наполеона русскому императору является четвертый всадник Апокалипсиса, имя которому Смерть. При этом "Владыке севера" придаются черты апокалиптического Царя Царей.

К той же шестой главе Откровения Пушкин обращается при создании "Стихов, сочиненных ночью во время бессонницы". В черновом автографе читаем:

Парк ужасных будто лепет
Топот бледного коня
Вечности бессмертный трепет
Жизни мышья беготня.
Октябрь 1830 г. Болдино.

Здесь мы видим появление новой темы, темы бренности бытия и смысла человеческого существования, при осмыслении которой поэт обращается к другой книге Священного Писания, на этот раз ветхозаветной, к книге Екклесиаста.

При этом можно заметить два направления развития этой темы. Первое можно назвать шутливым, и автор, создавая свои произведения в этом ключе несколько легкомысленно относится к проблеме "суеты суетствий". Это можно проиллюстрировать примерами из эпиграмм и дружеских посланий:

Орлов, ты прав: я забываю
Свои гусарские мечты
И с Соломоном восклицаю:
Мундир и сабля - суеты!
(Из послания Орлову)

Все шепчут: ах! как хороша!
Увы! Другую б освистали:
Велико дело красота.
О Клоя, мудрые солгали:
Не все на свете суета.

Это ироническое переосмысление цитаты из первой главы книги Екклесиаста: "Суета сует, сказал Екклесиаст, суета сует, - все суета!"

В эпоху пушкинского эпикурейства поэту были свойственны размышления о том, что всему свое время, каждому возрасту свое, и призывы есть, пить и веселиться "во время юности твоей".

Через десять лет, на рубеже 1820 - 1830-х годов, Пушкин возвращается к книге Екклесиаста на качественно новом уровне восприятия. Появляется второе направление развития этой темы. Теперь мотив "всему свое время", тема смены поколений сочетались с личными размышлениями Пушкина о переходе им некоего возрастного рубежа, начале нового этапа жизни, о котором он задумывался и раньше:

И мы не так ли дни ведем,
Щербинин, резвый друг забавы,
С Амуром, шалостью, вином,
Покаместь молоды и здравы.
 
Но дни младые пролетят,
Веселье, нега нас покинут,
Желаньям чувства изменят,
Сердца иссохнут и остынут.

Здесь поэтически переосмысляется следующий отрывок из Екклесиаста:

"…Все грядущее суета. Веселися, юноше, во юности твоей… дондеже не придут дни злобы твоея, приспеют лета, в них же речеши: несть ми в них хотения…" (Еккл. 11: 8-9; 12: 1).

Тот же отрывок используется и в "Стансах Толстому":

До капли наслажденье пей,
Живи беспечен равнодушен!
Мгновенью жизни будь послушен!
Будь молод в юности твоей!

Внутреннюю связь с Книгой Екклесиаста можно проследить и в драматических произведениях поэта. По крайней мере в двух из четырех "Маленьких трагедий" обнаруживаются мотивы Екклесиаста:
"Кто любит серебро, тот не насытится серебром… И это - суета! Умножается имущество, умножаются и потребляющие его; и какое благо для владеющего им: разве только смотреть своими глазами? И гибнет богатство это…: родил он сына, и ничего нет в руках у него" (Еккл. 5).

Эта глава из книги Екклесиаста находит точные параллели в "Скупом рыцаре", когда Барон хочет устроить себе "пир" - "глядеть на блещущие груды" и сожалеет, что не сможет охранять свои сокровища на том свете от сына-наследника.

Очевидную связь обнаруживает "Пир во время Чумы" с седьмой главой Книги Екклесиаста:

"Благо есть ходити в дом плача, нежели ходити в дом пира, понеже сие конец всякому человеку… Блаже еже слышати прещения премудра, паче мужа слышащего песнь безумных" (Еккл. 7: 3-7).

"Дом пира" в трагедии Пушкина - это улица, где пируют герои. "Дом плача" расширен до пределов целого города, пораженного чумой, где люди живут "средь ужаса плачевных похорон". "Песне безумных" - "гимну в честь Чумы" - противостоит у Пушкина "прещение премудра" - увещевание Священника.

В стихотворении, написанном на день рождения, в 1828 году, "Дар напрасный, дар случайный…" также поднимается тема суетности и бессмысленности жизни. Но основывается оно цитате уже из другой ветхозаветной книге - Книге Иова:

"Почто бо дан есть сущим в горести свет и сущим в болезнех душам живот… Прежде бо брашен моих воздыхание приходит, слезю же аз одержим страхом, страх бо егоже ужасахся, прииди ми,... ни умирихся, ниже умолчах, ниже почих, и найде ми гнев".

Публикация стихотворения "Дар напрасный, дар случайный…" в 1830 году вызвала обмен поэтическими посланиями между митр. Филаретом (Дроздовым) и Пушкиным. Отвечая, митрополит, использует рифмы и поэтические образы Пушкина и опровергает поэта его собственными словами, наполненными противоположным смыслом:

Не напрасно, не случайно
Жизнь от Бога мне дана,
Не без воли Бога тайной
И на казнь осуждена.
 
Сам я своенравной властью
Зло из темных бездн воззвал,
Сам наполнил душу страстью,
Ум сомненьем взволновал.
 
Вспомнись мне, забвенный мною!
Просияй сквозь сумрак дум-
И созиждется Тобою
Сердце чисто, светел ум!
 
Неожиданной была реакция Пушкина на стихотворение владыки. Через несколько дней поэт отвечает "Стансами":

И ныне с высоты духовной
Мне руку простираешь ты,
И силой кроткой и любовной
Смиряешь буйные мечты.
 
Твоим огнем душа палима
Отвергла мрак земных сует,
И внемлет арфе серафима
В священном ужасе поэт.

Можно заметить, что поэт, подобно библейскому Иову, "проклял день свой", но, как и он, получил ответ "с высоты духовной".

Творческий путь Пушкина был сложен и извилист, к Библии он обращался не единожды, по-разному осмысляя ее образы. Анализируя поэзию А. С. Пушкина, мы обратились к наиболее ярким, по нашему мнению, примерам использования мотивов книги Екклесиаста и Апокалипсиса. Конечно, они не являются единственными и определяющими религиозную тематику поэта, но важны для более полного осмысления его творчества.

Н. Сикорская, Т. Кравцова
ИСТОРИКО-ФИЛОЛОГИЧЕСКИЙ СЕМИНАР
ПО ВОПРОСАМ ПРАВОСЛАВНОЙ КУЛЬТУРЫ
Московский Педагогический Государственный Университет
 
 
Источник Нестор МПГУ


[Версия для печати]
  © 2005 – 2014 Православный паломнический центр
«Россия в красках» в Иерусалиме

Копирование материалов сайта разрешено только для некоммерческого использования с указанием активной ссылки на конкретную страницу. В остальных случаях необходимо письменное разрешение редакции: palomnic2@gmail.com