Фотогалерея :: Ссылки :: Гостевая книга :: Карта сайта :: Поиск :: English version
Православный поклонник на Святой земле

На главную Паломнический центр "Россия в красках" в Иерусалиме Формирующиеся паломнические группы Маршруты Поклонники XXI века: наши группы на маршрутах Поклонники XXI века: портрет крупным планом Наши паломники о Святой Земле Новости Анонсы и объявления Традиции русского паломничества Фотоальбом "Святая Земля" История Святой Земли Библейские места, храмы и монастыри Праздники Чудо Благодатного Огня Чудо Благодатного Огня. Николай Колчуринский, Михаил Шугаев Как загорается Благодатный Огонь во Гробе Господнем Свидетельства о свете и блистаниях от Гроба Господня и кувуклии Рассказы о самовозгорании свечей Свидетельства о не жгущем пламени О торжестве схождения Благодатного Огня на Гроб Господен в Великую Субботу. Свидетельства разных веков Хранители Святынь Гроба Господня Фотографии Благодатного Огня Семь вопросов патриарху Феофилу о чуде и вере в него. Екатерина Рожаева В защиту Благодатного огня. Юрий МаксимовСвятая Земля и Святая Русь Духовная колыбель. Религиозная философия Духовная колыбель. Поэтические страницы Библия и литература Библия и искусство Книги о Святой Земле Православное Общество "Россия в красках" Императорское Православное Палестинское Общество РДМ в Иерусалиме Журнал О проекте Вопросы и ответы
Паломничество в Иерусалим и на Святую Землю
Рекомендуем
Новости сайта
Людмила Максимчук (Россия). Из христианского цикла «Зачем мы здесь?»
«Мы показали возможности ИППО в организации многоаспектного путешествия на Святую Землю». На V семинаре для регионов представлен новый формат паломничества
Павел Платонов (Иерусалим). Долгий путь в Русскую Палестину
Елена Русецкая (Казахстан). Сборник духовной поэзии
Павел Платонов. Оцифровка и подготовка к публикации статьи Русские экскурсии в Святую Землю летом 1909 г. - Сообщения ИППО 
Дата в истории

1 ноября 2014 г. - 150-летие со дня рождения прмц.вел.кнг. Елисаветы Феодоровны

Фотогалрея

Главная страница фотогалереи


В предверии Нового 2014 года и Рождества Христова на Святой Земле

Сергиевское подворье Императорского Православного Палестинского Общества (ИППО): фотолетопись 1887-2010.

 
 
  
 
  
  
  
  
  
 
Интервью с паломником
Протоиерей Андрей Дьаконов. «Это была молитва...»
Материалы наших читателей

Даша Миронова. На Святой Земле 
И.Ахундова. Под покровом святой ЕлизаветыАвгустейшие паломники на Святой Земле

Электронный журнал "Православный поклонник на Святой Земле"

Проекты ПНПО "Россия в красках":
Раритетный сборник стихов из архивов "России в красках". С. Пономарев. Из Палестинских впечатлений 1873-74 гг.
Удивительная находка в Иерусалиме или судьба альбома фотографий Святой Земли начала XX века
Славьте Христа  добрыми делами!

На Святой Земле

Обращение к посетителям сайта
 
Дорогие посетители, приглашаем вас к сотрудничеству в нашем интернет-проекте. Те, кто посетил Святую Землю, могут присылать свои путевые заметки, воспоминания, фотографии. Мы будем рады и тематическим материалам, которые могут пополнить разделы нашего сайта. Материалы можно присылать на наш почтовый ящик

Наш сайт о России "Россия в красках"
Россия в красках: история, православие и русская эмиграция


 
Главная / Чудо Благодатного Огня / О торжестве схождения Благодатного Огня на Гроб Господен в Великую Субботу. Свидетельства разных веков / "Благодатный огонь" по рассказу ал-Бируни и других мусульманских писателей X- XIII вв. Крачковский И. Ю.
 
Крачковский И. Ю. // Христианский Восток. Т. 3. Вып. 3. Пг., 1915.
 

"Благодатный огонь" по рассказу ал-Бируни и других мусульманских писателей X- XIII вв. [1]

Среди приобретений Азиатскаго Музея Императорской Академии Наук за 1912 год одно из первых мест должна занять рукопись "хронологии" ал-Бируни, с которой востоковеды могли уже ознакомиться по обстоятельному описанию акад. К.Г. Залемана [2]. Значение новой рукописи не ограничивается тем, что она древнее всех служивших при издании Sachau [3]: она кроме того восполняет много лакун, имеющихся в этом издании.

К числу таких восполненных теперь частью пробелов относится перечисление празднеств у христиан различных исповеданий [4]. В этом отделе в разсказе о Страстной Седмице имеется, между прочим, описание известнаго чуда св. огня, происходящаго ежегодно до наших дней в Страстную Субботу (л. 113а,4 - 113б,12). Свидетельство ал-Бируни остановило мое внимание прежде всего потому, что оно является самым ранним упоминанием этого чуда у арабскаго автора. За полвека до него писал, правда, ал-Масу'ди (ум. 346/957), но в его двух произведениях имеется лишь краткая заметка со ссылкой на недошедшее до нас сочинение; еще более лаконичен литератор предшествующаго столетия ал-Джахиз (ум. 255/869). В вопросе о приоритете ал-Бируни меня смущало только одно обстоятельство: в предисловии А. Пападопуло-Керамевска к изданному {226}им посланию Никиты, клирика царскаго, о св. огне имеется совершенно определенное указание на то, что "из Х века… сохранились свидетельства лишь четырех и притом мусульманских писателей" [5]. Покойный эллинист, как известно, не владел арабским языком, но откуда у него идет это указание, осталось для меня невыясненным при отсутствии всякой ссылки. Непосредственныя разыскания у арабских писателей только и могли обнаружить двух авторов этой эпохи, упоминающих о чуде - ал-Мас'уди и ал-Бируни; свидетельство последняго не могло быть известно до открытия рукописи Азиатскаго Музея. Не доверяя своим собственным разысканиям, я обратился к лучшему знатоку христианских сюжетов в мусульманской литературе - бейрутскому арабисту Л.Шейхо. Он был настолько любезен, что ответил целой статьей в редактируемом им журнале ал-Машрик [6]. Из нея выяснилось, что среди авторов X века Шейхо известен только один ал-Мас'уди[7], и таким образом замечание Пападопуло-Керамевса приходится считать lapsus'ом, происхождение котораго нам не вполне ясно.

Для оценки внутренняго значения разсказа ал-Бируни следует его сопоставить не только с ранними, но и с более поздними свидетельствами арабских авторов. На европейских нам нет необходимости останавливаться обстоятельно: в большинстве случаев они не только сопоставлены, но и изучены в упомянутой уже работе Пападопуло-Керамевса, в изследованиии De Goeje легенды о св. Брандане[8], частью и в новейшей статье Шейхо [9]. Как известно, самым древним из них считается разсказ монаха Бернарда, относимый приблизительно к 865 году[10]; более ранним свидетельством можно было бы считать разсказ {227} паломницы IV века (Сильвии Аквитанской?), но она говорит еще не о чуде, а лишь об обычае поддерживать неугасимый огонь[11]. Из X века имеются два послания Арефы, митрополита Кесарии[12], и Никиты клирика[13], в XII в. игумена Даниила[14] и два греческих[15]. Начиная с эпохи крестоносцев, они очень быстро растут количественно и не могут уже представлять непосредственнаго интереса[16]. Не лишне отметить, что в XIV веке Иоанн Кантакузен (ум. 1383) уже знал про свидетельства мусульман о чуде огня [17].

Среди этих мусульман ал-Бируни со своим сообщением стоит достаточно особняком, как будет видно из дальнейшаго. Поэтому с него я и начинаю обзор, несколько нарушая хронологический порядок: разсказ этот, как и все произведение, имеет вполне определенную дату - 1000 г. по Р.Хр. [18]

 

** [19]

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

**[20]

**[21]

**[22]

 

 

 

Про субботу (великаго) воскресения передают разсказ, от котораго приходит в смущение знакомый с естественной наукой и едва ли может признать его (справедливость). Если бы враги не передавали так единогласно этого, говоря, что сами были свидетелями, и если бы {228} почтенные ученые и другия лица не увековечили бы это в своих книгах, тогда бы сердце не могло относиться к этому спокойно. Сам я познакомился с этим из книги и слышал то же самое от Фараджа [23], сына Салиха багдадскаго. В средине церкви Воскресения в Иерусалиме (находится) гроб Христа, высеченный в одной (сплошной) скале со сводом [24]); над гробом купол, поверх котораго возвышается другой. большой. Кругом скалы - хоры, на которых помещаются мусульмане, христиане и все, кто приходит к месту гроба в этот день, преклоняясь перед Богом и молясь ему от полдня до вечера. Приходит му'аззин соборной мечети имам и эмир города. Они садятся у гроба, приносят лампады, которыя ставят на гроб; а он бывает закрыт. Христиане до этого тушат свои светильники и лампады и остаются так, пока не увидят, что чистый белый огонь зажег лампаду. От нея зажигаются лампады в соборной мечети и в церквах, а затем пишут в столицу халифата о времени нисхождения огня. По быстроте нисхождения и близости его {229} к полдню заключают об урожае в этот год, по запаздыванию до вечера и удалению (от полдня) о неурожае. Передавал мне еще этот разсказчик, что один из правителей вместо фитиля положил медь, чтобы она не могла загореться и все это разстроилось бы. Но вот, когда спустился огонь. загорелась и медь [25]. Нисхождение этого огня в день переходящий не заслуживает еще удивления, но появление его без видимой материи гораздо более удивительно. Сомневаться в этом нельзя, так как существует (удовлетворяющий) всем условиям истинности разсказ про церковь в одном из сел Египта: ее видели люди, слова которых заслуживают доверия, с мнением которых считаются, со стороны которых не может быть никакого обмана. равно как и они сами не могут быть обмануты. И вот (такия лица) разсказывают, что в этой церкви есть подвал, к которому ведет приблизительно двадцать ступеней; в нем имеется трон [26], под которым (лежат) мужчина и мальчик, завернутые {230} в ковер. Над троном - мраморная ваза, внутри которой стеклянный сосуд, а в нем медный фитиль, внутри которого льняной. Его зажигают и масло льется в стеклянный сосуд, так что скоро весь он наполняется маслом, которое затем течет в мраморную вазу. Его расходуют на церковь и ея лампады. Ал-Джейхани разсказывает, что сюда пришел один заслуживающий доверия человек; он вынул сосуд из вазы вылил все масло из сосуда и вазы, и потушил огонь, а затем вернул все в прежнее состояние за исключением масла, вместо котораго он налил своего. Он заменил также фитиль другим и зажег его .Сейчас же масло стало появляться в стеклянном сосуде, а затем потекло в мраморную вазу без всякой видимой материи и элемента .По его словам, когда из под трона убирают мертваго, то огонь тухнет и масло не течет. Со слов жителей этого села передают, что женщина, подозревающая у себя беременность, берет этого мертваго ребенка и кладет себе на лоно. Ее дитя в утробе начинает двигаться, если беременность действительна. Если же женщина не почувствует движения, она отчаивается.

Таким образом, разсказ ал-Бируни распадается на две части: вторая служит лишь подтверждением мысли о том, что иногда вещество может появиться без видимой материи. На этой части мы теперь не будем останавливаться подробнее: при содействии знатоков церковной истории Египта, вероятно, было бы возможно определить, к какой именно местности {231} относится этот разсказ [27]. Для нашей темы имеет непосредственное значение лишь первая часть; вопрос слишком сложен и серьезен, чтобы затрагивать его по существу не в специальном изследовании. При таком изследовании потребовалось бы, конечно, не только освещение историко-культовых данных, на которыя делает намек проф. А. Олесницкий [28], но и привлечение сравнительнаго материала из ленегд и разсказов о самовозгорании различных предметов [29].

II

Самое раннее упоминание "благодатного огня" у известных нам арабских авторов относится к той же эпохе, как разсказ монаха Бернарда, если не древнее его. У знаменитаго литератора ал-Джахиза (ум. 255/869) в его столь же интересной, сколько и безсистемной "Книге животных" имеется следующая лаконическая фраза в неожиданно появляющемся отделе о различных огнях [30]: "Хранители храмов не переставали устраивать для народа разныя хитрости, в роде хитрости монахов со светильниками церкви Воскресения [31] в Иерусалиме, (утверждающих), что масло в лампадах зажигается у них без огня ночью в один праздник" [32].

Непосредственно предшественником ал-Бируни в разсказе о св. огне приходится считать автора, свидетельство котораго стало известным только в 1913 году. Один сирийский библиофил Ж. Сафа, владелец довольно крупнаго рукописнаго собрания [33], в дополнение к упоминавшейся статье Л. Шейхо опубликовал по принадлежащей ему рукописи следующий разсказ о благодатном огне [34]:

"Когда же настает пасха у христиан, в день великой субботы люди выходят из места гроба к скале, вокруг которой хоры [35]; (с них) они смотрят на место гроба, все молятся и преклоняются пред Богом всевышним со времени ранней молитвы [36] до захода солнца. Присутствует эмир и имам мечети. Правитель запирает дверь к гробу и садится у нея. Они все так остаются пока, не увидят свет, похожий на белый огонь, выходящий из внутренности гроба. Правитель открывает тогда дверь гроба и входит туда; в руках его свеча, которую он зажигает от этого огня, а затем выносит. Свеча же, загоревшись, не сгорает. Он ее отдает имаму, тот несет эту свечу и зажигает лампады мечети. Когда же эта свеча побывает в трех руках, она сгорает и превращается в огонь. Донесение об этом пишут правителю, сообщая, что огонь спустился в такое время такого то дня. Если он сошел в этот день во время утренней молитвы, это служит у них приметой. что год не будет плодороден, но и не засушлив; если же сошел во время полдня, это указывает на год неурожайный".

С перваго взгляда родство версии ал-Бируни и этого автора несомненно: у обоих, несмотря на мелкия различия в изложении, одинаков ход разсказа. одинаковы подробности о присутствии официальных представителей ислама, о зажигании лампад в мечетях и сообщении о времени нисхождения огня в центре правительственной власти. Еще более характерно, что только у двух этих авторов среди десятка других, о которых будет идти речь, встречается далеко не обычное слово драбезинат. Зависимость ал-Бируни устанавливается хронологической последовательностью и подтверждается другими соображениями. Владелец рукописи видит в ней сочинение "Китаб-ал-ма'рифа" Абу-л-Аббаса Ахмеда-ибн-абу-Ахмеда, который дает свое имя в предисловии [37]. Других сведений ни об авторе, ни о сочинении ему не удалось найти: так как оно доведено до халифа ар-Ради (с 322/934 г.), то Ж. Сафа склонен считать, что оно было написано около этого времени [38]. Установленныя нами данныя решают вопрос более определенно: эти данныя были затемнены лишь неверным названием, которое придано рукописи на основании неясных для нас оображений. В предисловии автора имеются намеки на настоящее заглавие: он говорит, что "изследовал науку о признаках киблы (= направления при молитве) и астрономическаго полдня… на основании сочинений предшественников…" [39]. Под заглавием "Признаки киблы" - Далаил-ал-кибла его сочинение и было известно: оно вполне определенно зарегистрировано у Хаджжи-Халифы [40]. Некоторыя подробности, сообщаемыя последним о содержании, вполне совпадают с описанием рукописи, данным Ж. Сафа; таким образом, в авторе мы должны видеть довольно известнаго юриста-шафи'ита Ахмеда-ибн-ал-Касса, умершаго в 335/946 г. [41] Ему принадлежал целый ряд юридических сочинений, довольно популярных в свое время и бывших под руками еще у ал-Иснави, ум. 772/1370 г. [42]. Теперь из них известно только одно в единственной рукописи [43] и, таким образом, открытие Далаил-ал-кибла - сочинения преимущественно историко-географическаго характера - является приятною неожиданностью. Остается только вопрос, мог ли ал-Бируни пользоваться его сочинением. Нам кажется на это можно ответить вполне утвредительно: упоминаемая работа Ибн-ал-Касса была посвящена частью тем же вопросам астрономически-хронологическаго характера, которые доминируют и в "хронологии" ал-Бируни. Знакомство последняго с однородным сочинением перваго почти несомненно при его громадной начитанности; быть может, намек на него надо видеть в упоминаниях о тех "книгах", о которых говорит ал-Бируни, как об одном источнике своего разсказа.

В полной независимости находится этот разсказ от другого, более знаменитаго, предшественника ал-Мас'уди (ум. 957 г.). Упоминание о св. огне имеется у последняго в двух произведениях. Более обстоятельно оно в Мурудж-аз-захаб [44]:

"Пятаго числа тишрина перваго праздник церкви Воскресения [45] в {234} Иерусалиме. В этот праздник собираются христиане со всей земли, у них сходит огонь с неба и зажигаются [46] от него свечи. Собирается также много мусульман посмотреть на этот праздник. Для него срывают листья маслин и христиане разсказывают о нем всякия истории. С этим огнем связана тонкая хитрость и великая тайна; про род этой хитрости мы упомянули в нашей книге под названием "Суждения и опыты" ал-Кадайа ва-т-таджариб [47].

В этом разсказе прежде всего поражает совершенно неожиданная дата нисхождения огня 5 тишрина I (=октября), тогда как на самом деле оно происходит всегда в страстную субботу. Объясняется она, вероятно каким-либо недоразумением, тем более что в другом сочинении, последнем по времени из написанных им, ал-Мас'уди не повторяет этой ошибки. Второе свидетельство в Китаб-ат-танбих отличается лаконичностью [48]:

"И построила Елена в Aelia [49] церковь, известную теперь под именен Воскресенья. В ней появляется огонь в день великой субботы, на утро после которой бывает Пасха".

 
За ал-Бируни идет перерыв в свидетельствах почти на полтора века; характерно, что к этому времени относятся два описания церкви, оставленныя персидским писателем-путешественником Насир-и-Хосров, посетившим Иерусалим в 439/1048 году, и знаменитым географом из Африки ал-Идриси (ум.м 1154), но в обоих нет речи о чуде [50].
 
Подробный разсказ появляется у историка Дамаска Ибн-ал-Каланиси (ум. 1162), который пытается объснить причину разрушения иерусалимскаго храма халифом ал-Хакимом в 398/1007 году [51]:

"… И спросил ал-Хаким миссионера Хутекина [52] 'адудита, бывшаго с ним, почему христиане отправляются в эту церковь и каковы их верования о ней. Он просил дать ея описание и (сообщить), что ей приписывают, а Хутекин знал это по частым путешествиям в Сирию и поездкам с посольствами от ал-Хакима к ея правителям. Он сказал: 2церковь эта близко от мечети ал-Акса, ее христиане очень почитают и отправляются в паломничество к ней на Пасху… Когда они находятся на Пасху там… то вешают лампады в алтаре и устраивают хитрость, чтобы огонь к ним дошел по маслу бальзамоваго дереа и приспособлений из него, а его свойством является возникновение огня при соединении с жасминовым маслом. он обладает ярким светом и блестящим сиянием. Они ухитряются провести между соседними лампадами натянутую железную проволоку наподобие нити, непрерывно идущую от одной к другой, и натирают ее бальзамовым маслом. скрывая это от взоров. пока нить не пройдет ко всем лампадам. Когда они молятся и наступает время нисхождения, открываются двери жертвенника; а они полагают, что там колыбель Исы, да будет ему мир, и что оттуда он поднялся на небо. Они входят и зажигают много свечей, а в доме от дыхания множества народа становится жарко. Кто-нибудь из стоящих старается приблизить огонь к нити, он зацепляется за нее и переходит по всем лампадам от одной к другой, пока не зажигает все. Кто смотрит на это, думает, что с неба сошел огонь зажглись лампады" [53].

В конце того же века путешественник Али ал-Хереви (ум. 1191) упоминает лаконично "о зрелище священнаго огня, которое можно наблюдать в иерусалимском храме" [54].

XIII веке особенно богат мусульманскими свидетельствами: до нас дошли разсказы четырех авторов, едва ли не наиболее интересные среди всех. Географ Йакут (ум. 1229) под словом Кумама приводит между прочим следующее объяснение [55]:

"Есть у них там в одном месте лампада, на которую, как они утверждают, сходит огонь с неба в известный день и зажигает ее. Разсказывал мне один из тех, кто занялся изследованием этого, а был он из людей власти, которых нельзя удалить. (Он хотел) посмотреть, в чем здесь дело, и стал стеснять священника, во власти котораго находится это. Он передавал (следующее). Тогда священник сказал мне: "Если ты будешь приставать к нам дальше, то пропадет вся наша хитрость [56]". "Как так?" спросил я. Он ответил: "Мы наших приверженцев обманывали всякими вещами, которыя делаем сами, но для такого, как ты, он не тайна. Я хочу, чтобы ты извинил нас и ушел". Я ему сказал: "Мне необходимо надо видеть, что ты делаешь". И вот я увидел магическую книгу, в которой было написано, что он приближает к лампаде свечу, и огонь неожиданно в ней появляется. Люди же видят, но не подозревают этого; для них это кажется великим (чудо), и они повинуются".

Примыкающая к этому версия имеется у мало известнаго автора ал-Джаубари (ум. 1242), который составил интересную книгу, посвященную разъяснению различных тайн и фокусов [57]. Под заголовком "Хитрости монахов при зажигании огня в церкви Воскресенья" он говорит [58]:

"Знай, что величайшей хитростью у этих людей является лампада с огнем в церкви Воскресения в Иерусалиме. Она - дело монахов, но относительно этого заключен договор у всех христиан с их родами и племенами. Ал-Мелик ал-Му'аззам [59], сын ал-Мелика ал-'Адиля вошел в церковь Воскресения в день субботы света и сказал монаху. (приставленному) к ней: "Я не уйду, пока не увижу, как сходит этот свет". Монах сказал ему: "Что приятнее царю: это богатство, которое стекается к тебе таким способом, или знакомство с этим (делом)? Если я открою тебе тайну его, тогда правительство лишится этих денег; оставь же ее скрытой и получай это большое богатство". Когда правитель услышал это, он понял скрытую суть дела и оставил его в прежнем положении. А дело в том. что эта лампада величайший из фокусов, устроенных первыми поколениями; я разъясню его тебе и открою тайну. Дело в том, что в вершине купола есть железная шкатулка, соединенная с цепью, на которой подвешена. Она укреплена в самом своде купола, и ее не видит никто кроме этого монаха. На этой цепи и есть шкатулка, внутри которой пустота. А когда наступает вечер субботы света, монах поднимается к шкатулке и кладет в нее серу [60] на подобие "санбусека" [61], а под ней огонь, разсчитанный до того часа, когда ему нужно нисхождение света. Цепь он смазывает маслом бальзамового дерева и, когда наступает время, огонь зажигает состав [62] в месте соединения цепи с этой прикрепленной шкатулкой. Бальзамовое масло собирается в этой точке и начинает течь по цепи, спускаясь к лампаде. Огонь касается фитиля лампады, а он раньше бывает насыщен бальзамовм маслом, и зажигает его. Уразумей же все это" [63].

Разсказ историка Ибн-ал-Джаузи (ум. 1256) интересен, как слова очевидца и иерусалимскаго жителя [64] :

"Я жил в Иерусалиме десять лет и ходил в храм Воскресения на их пасху и в другие дни. Я изследовал, как зажигается лампада в воскресение [65] - праздник света. По средине церкви есть часовня с гробом; христиане веруют, что Христос - мир над ним - после распятия был там похоронен, а затем вознесся на небо. Когда наступает ночь субботы на заре они входят в эту часовню и вымвыают в ней лампады. У них есть там ниши, скрытыя в мраморе, а в нишах лампады, которыя они зажигают с зари; у часовни же есть окна. Когда наступает полдень, собираются люди христианской веры, приходят их священники и входят в часовню. Христиане же с полудня ходят кругом нея [66], ожидал нисхождения огня. Когда приближается заход солнца, священники говорят: "Христос гневается на вас". Они поднимают шум, плачут и бросаются на гроб золото, серебро и одежды, так что собирается большое количество. Священники повторяют эти слова, а они плачуть, шумят и бросают все, что есть с ними. Когда же солнце заходит и делается темно, один из священников пользуется невнимательностью, Открывает нишу в углу часовни, где его никто не видит, зажигает свою свечу от одной из лампад [67] и восклицает: "Сошел свет и смилостивился Христос". Они высовывают свечу через окно [68] и народ поднимает величайший шум. Они зажигают фонари и несут этот огонь из почтения к нему в Акку, Тир, все франские города, даже в Рим, Алжир, Константинополь и другие".

К тому же XIII веку относится еще незначительное сообщение географа ал-Казвини (ум. 1283) [69]):

"И там находится Кумама, а это большая церковь у христиан, посреди города, всякое описание которой будет неточно по причине ея красоты, архитектуры, украшений и богатства. В одном месте там есть лампада и они утверждают, что огонь с неба сходит в определенный день и зажигает ее. Это обстоятельство пользуется у них известностью. Разсказывают, что один из приближенных правителя пошел туда в этот день и сказал: "Я хочу посмотреть, как сходит этот свет". Священник ему ответил: "Такие дела не могут быть скрыты от подобных тебе. Не уничтожай нашей хитрости [70]; мы обманываем наших приверженцев, чтобы наше дело шло лучше". И тот отстал от него".

С первого взгляда ясно, что это свидетельство не может представлять интереса, так как оно сводится к сокращению приведенного уже разсказа его предшественника географа Йакута [71]. Равным образом, и более поздние разсказы, начиная с XIV века, не заслуживают отдельнаго упоминания, так как они не вносят обыкновенно ничего новаго, а лишь передают в сокращении какую-либо из приведенных версий с теми или иными вариантами. Для примера достаточно ограничиться разсказом историка Иерусалима Муджир-ад-дина, писавшаго около 1496 года [72]:

"К событиям в Иерусалиме за 398 год относится приказ ал-Хакима би-амр-Аллах-Абу-'Али ал-Мансура, сына ал-'Азиза фатымида о разрушении церкви Воскресения в Иерусалиме и отдача народу на разграбление бывших там богатств, утвари и прочаго. Произошло это по причине сообщеннаго ему деяния с огнем, которое христиане соврешают в день Пасхи. Они устраивают с ним хитрости, так что глупцы среди их невежд думают, что огонь сходит с неба. На самом деле он происходит от смазывания маслом бальзама высоко протянутых шелковых нитей, натертых серой и прочим. Эта искусная уловка пользуется успехом у больших и малых среди них; они устраивают ее в церкви Воскресения до настоящаго времени, и называется этот день у них субботой света" [73].

III.

 Из приведеннаго обзора легко можно видеть, чем преимущественно отличаются мусульманские разсказы о чуде св. огня от христианских. Все они излагаются со вполне понятной краткостью, сводящейся иногда к простому упоминанию (Ал-Джахиз, 'Али- ал-Хереви); все они основаны не на личных наблюдениях. Единственное исключение представляет Ибн ал-Джаузи и источник ал-Бируни; анализ последняго сообщения мы оставляем пока в стороне. Передачей из третьих рук объясняются попадающиеся иногда слишком очевидныя ошибки, как дата у ал-Мас'уди или сообщение Ибн-ал-Каланиси о мнении христиан относительно места рождения и вознесения Иисуса Христа. Фактическая сторона этих разсказов сводится к очень немногому: из них вытекает лишь то, что во все время, к которому относятся перечисленные авторы, чудо свершалось ежегодно и представляло собой общеизвестное и обычное явление. Описание самаго чуда и всего обряда имеется единственно у Ибн-ал-Джаузи. Все остальные элементы прочих сообщений должны быть отнесены не столько к действительной, сколько к легендарной истории. На одном из них с несомненностью сказывается влияние литературной обработки сюжета. Это - разсказ о беседе высокопоставленнаго лица с монахом относительно фактической подкладки чуда. Исторической основой его является, быть может, попытка осмыслить разрушение иерусалимскаго храма ал-Хакимом и возможный разговор его с одним из приближенных, приводимый Ибн-ал-Каланиси и ал-Харири. Обработкой сюжета представляются все последующия версии, где вместо ал-Хакима появляется какой то правитель (Йакут = ал-Казвини), или ал-Мелик ал-Му'аззам (ал-Джаубари), или, наконец, сам Салахаддин (Ибн-ал-Джаузи), а вместо приближеннаго лица - монах (ал-Джаубари), священник (Йакут = ал-Казвини) и сам патриарх (Ибн-ал-Джаузи). Вторым общим элементом является попытка объяснить чудо. Это объяснение частью исходит от самого автора (ал-Джаубари, Ибн-ал-Джаузи, Муджир-ад-дин), частью влагается в разсказ о беседе правителя с духовным лицом (Ибн ал-Каланнси, Йакут). Самое разнообразие этих объяснений и их противоречивость указывает, что и здесь едва ли можно искать фактическую основу. У Ибн-ал-Каланиси и Муджир-ад-дина это объяснение сводится к поджиганию нити. соединяющей все лампады; ближе к современной действительности одна лампада, фигурирующая у Йакта и ал-Джаубари. По словам перваго, она просто зажигается; по словам второго, фитиль воспламеняется от сложнаго скрытаго прибора с серой. разсчитаннаго на известный срок. У последняго в разсказе имеется и внутреннее противоречие: в начале он говорит, что у все ххристиан существует как-бы заговор относительно мнимаго чуда; из конца же повествования обнаруживается, что с тайной его знаком единственно монах, устраивающий прибор. Преимущественные шансы вероятия имеет, естественно, разсказ иерусалимскаго старожила Ибн-ал-Джаузи, говорящаго про потайныя ниши в стенах часовни Гроба Господня. Общий ход его сообщения некоторыми подробностями ближе всех подходит к тому, как и теперь совершается этот обряд.

В заключение обзора мусульманских свидетельств не надо добавлять, что еще одна черта отличает их от современных им христианских: это - отношение к чуду, в котором они, конечно, должны видеть только более или менее ловкий фокус. Правда, у арабов-христиан (особенно инославных), иногда даже и в древнем периоде, чувствуются известные колебания и сомнения: они проскальзывают, например, у яковитскаго мафрияна Ибн-ал-'Ыбри [74]. Отношение же современных христиан, даже духовнаго звания, часто не таково, как у игумена Даниила или клирика Никиты: достаточно указать на подробное описание обряда (1876 года) иерусалимского священника Илиаса Шахвата, пять раз принимавшаго непорседственное участие в церемонии[75], или на статьи православнаго епископа Рафаила Хававини [76]. У лучших представителей богословской мысли и на востоке заметно то толкование чуда, которое позволяет проф. А. Олесницкому [77] и А. Дмитриевскому [78] говорить о "торжестве освящения огня при Гробе Господне".

Как ни странно, к древне-христианской точке зрения подходит разсказ мусульманскаго математика-астронома ал-Бируни; это обстоятельство резко выделяет его из ряда прочих арабских свидетельств и заставляет разсматривать отдельно от других.

Сам ал-Бируни в западной части восточнаго халифата, повидимому, не бывал и разсказ о чуде он передает на основании некоторых книг, которых к сожалению не называет ближе, и устнаго сообщения некоего Фараджа (или Фараха), сына Салиха из Багдада. Одним из его письменных источников, как было вдино выше, можно считать с известной долей вероятия Далаил-ал-кибла Ибн-ал-Касса [79]; что же касается устнаго, то называемое им лицо ближайшим образом, повидимому, не известно. В противоположность этому, упоминаемый ал-Бируни источник египетской легенды - ал-Джейхани (пис. ок. 301/913 - 914 г.) известен достаточно хорошо, хотя непосредственно до нас не дошел [80]. Аль-Бируни ссылается на него довольно часто [81], преимущественно по поводу различных чудес, и упоминает обычное заглавие его книги [82].

В первой своей части, разсказ, как и сообщение Ибн-ал-Джаузи, носит в значительной мере отпечаток непосредственнаго наблюдения события. Точно соответствует действительности упоминание одной, а не многих лампад, равно как времени нисхождения огня, определяемого так же, как и у Ибн-ал-Джаузи. Кроме отношения самого автора к событию, в высшей степени интересен его разсказ об отношении мусульман, не имеющий параллелей в позднейших источниках: при обряде не только присустствует соборный му'аззин, имам и правитель города, но даже в мечетях огни зажигаются от лампады, точно так же, как и в церквах [83]; мало того, о времени появления огня пишут в столицу халифата и связывают с этим различныя приметы относительно урожая [84].

Было бы, конечно, желательно, чтобы эти ценныя сообщения не стояли так обособленно, но и одинокий авторитет ал-Бируни придает им значительную силу. Во всяком случае, его сообщение о благодатном огне является наиболее важным в ряду арабских свидетельств не только по своей древности, но и по внутреннему достоинству. Отношение его к описываемому обряду дает ценную черту для характеристики автора: в нем мы находим пример вдумчивой терпимости к чуждой религии, который едва ли легко встретить в христианском средневековье по отношению к мусульманству.

И. Крачковский.

II. Октябрь 1914.

Примечания 

[1] Доклад. прочитанный в заседании Восточнаго Отделения Имп. Русскаго Археологическаго Общества 24 апреля 1914 года и несколько дополнений для печати.

[2] c. Salemann, Znr hanscriftenkunde. I. Al Birüni's al-Ătär al-bäqiyah (ИАН , 1912, стр . 861-870). Кроме одной константинопольской рукописи, упоминаемой К.Г. Залеманом (стр. 870), в половине прошлаго столетия существовала еще другая в мечети Сулеймание, но она была утрачена уже в 60-х годах, по свидетельству арабскаго эмигранта-литератора Риакаллäха Хассÿна, (см. его ** Лондон 1868, стр. 39, прим. 1).

[3] Salemann, op. cit., 861.

[4] Лист 111 след. (По изд. Sachau лакуна на стр. 308).

[5] Рассказ Никиты, клирика царскаго. Послание к Императору Константину 3 Порфирородному о святом огне. писанное в 947 году. С.-Петербург 1849 (=Православный Палестинский Сборник. Вып. 38), стр. XI.

[6] Le Feu sacré an St.-Sepulcre (Mq, 1918, XVI, crp. 188-197. Cp. XB, 1914, III, 115 №5).

[7] Op. cit., 192.

[8] La legende de Saint - Brandan (Actes du VIII Congrès des Orientalistes, I, Leide 1891, стр . 55-56).

[9] Стр. 189-191. Конечно, чудо св. огня привлекало внимание и более старых авторов, см., напр. S.Munk, Palestine, Paris 1856, стр . 616-617. Мне известно, какому вопросу ближайшим образом было посвящено сообщение проф. Shmidt о "благодатном огне", прочитанное им в Иерусалиме в прошлом году (см. Сообщения Православнаго Палестинскаго Общества, 1914, XXV, стр. 278).

[10] Migne, PL, CXXI, 569-576, №10. Cp. De Goeje 55, Пападопуло-Керамевс I, Шейхо 189-190. (Оно повторено у ряда латинских авторов до крестовых походов; см. De Goeje, ibid,; Шейхо, 190-191).

[11] Peregrinatio ad loca sancta saeculi IV exeuntis, edid. Joh. Pomialowsky, СПБ, 1889 (=Православный Палестинский Сборник т. VII, вып. второй) стр. 40 и 140.

[12] Пападопуло-Керамевс II.

[13] Изд. Паадопуло-Керамевс. Cp. Archives de l'Orient latin I, 375 и Шейхо 190, прим . I.

[14] Ср. Пападопуло-Керамевс III, Шейхо 191.

[15] Пападопуло-Керамевс III-IV.

[16] Ср. De Goeje 55, Шейхо 191. Сообщения русских паломников с древнейших времен собраны в популярной брошюре Ф.М. А[вдуловскаго], Святой огонь, исходящий от гроба Господа Бога и Спасаса Нашего Иисуса Христа… Изд. 2. Москва 1894. Описание обряда в наши дни дает проф. А. Олесницкий, О святом огне Иерусалимском (Воскресное Чтение, издаваемое при Киевской Духовной Акаемии за 1879 г., стр. 158-155), а с литургической стороны характеризует проф. А.Дмитриевский, "Благодать святаго огня" на Живоносном Гробе Госопднем в великую субботу, СПБ. 1908.

[17] Migne, PG, CLIV, 517-5118. Cp. Cüterbock, Der Islam in Lichte der byzantinishen Polemil, Berlin 1912, стр. 56.

[18] Chronologie (изд . Sachau) стр. V и XXIV. Диакритическия точки, отсутствующия частью в рукописи, возстановлены издателем.

[19] Появление этого слова (множ. от ** = греч. τραπέζιου) в такую раннюю эпоху заслуживает внимания: до сих пор оно было засвидетельствовано памятниками значительно более позднего периода (см. Dozy, Supplement, I, 430).

[20] Sic рукопись; может быть **.

[21] Это слово представляет лишь иную транскрипцию стоящаго дальше ** (см. Lane Lexicon и Dozy, Supplement s.v.).

[22] Из дальнейшаго контекста видно, что здесь в рукописи описана: вместо ** надо читать **

[23] Отсутствие в рукописи диакритических точек позволяет читать имя еще, как Фарах.

[24] Значение слова ** в применении к ** для меня не вполне ясно: я пользуюсь параллельным выражением у Ибн-ал-Факыха ** ( BGA, V, 100, 18)= вход со сводом. (Cp. BGA, V, glossar. XXXV и Н.А. Медников, Палестина, перевод, стр. 746).

[25] Упоминание об однородном случае имеется в разсказе Никиты клирика, относящемся приблизительно к тому же времени (см. Пападопуло-Керамевс, op. cit. стр. 8).

[26] Стоящее в тексте слово одинаково может значить трон и ложе; вероятно имеется в виду нечто в роде раки.

[27] При беглом просмотре Абу-Салиха и Ал-Макризи я не нашел указаний на какую-либо аналогичную легенду.

[28] Op. cit. стр . 153-154. Ср. Дмитриевский, op. cit. 4.

[29] На один характерный пример обратил мое внимание Я.И. Смирнов: по разсказу диакона Захарии (1639-1699) католикос Филипп достал раз из-под плаща две свечи, которыя загорелиьс в руках эрзерумскаго паши сами собою (M.Brosset, Collection d'historiens armeniens. Tome II, St.-Petersbourg 1876, стр. 76).

[30] Каирское изд. ** т. IV, 1996, стр. 154,8-5.

[31] В тексте ** чит. ** (ср. ниже, стр. 233, прим. 7).
[32] Еще лаконичнее намекает ал-Джахиль на чудо в другом месте того же сочинения ( VI, 62,3-4): "Ты, ведь, знаешь про соблазн для слабых и неразумных среди христиан благодаря светильникам церкви Воскресения"…

[33] Ср. ХВ, 1914, III, 104, № 4.

[34] Mq, 1913, XVI, 578-579 примеч.

[35] В тексте ** , см. выше стр. 288 прим. 1.

[36] В тексте пропуск; я считаю ** .

[37] Описание рукописи в Mq, 1913, XVI, 439-442.

[38] Ibid. стр . 440, cp. 579 poenult.

[39] Ibid. 439: **

[40] Изд. Flü gel - III, 236, № 5128.

[41]Wüstenield, Die Shafi'iten des IV. Jahrh. d. H. (Abbandl. d. Kgl. Geselisch. d. Wiss. zu Göttingen, Bd. XXXVII, 1891, стр. 36-37).

[42] Wüstenield, Der Imäm al Schäfi'I, ibid. Bd. XXXVI, 1890, стр. 18-19.

[43] Brockelmann, Geschlichte der arabischen Literatur, I, 180 № 5.

[44] Изд. Barbier de Meynard III, 405. Ср Шейхо op. и Н.А. Медников, Палестина (перевод стр. 313-314.

[45] В тексте ал-Кумана, собственно "свалка, мусор" - частое название церкви Воскресения у мусульман. Объяснение этого термина по мусульманской традиции дает Али ал-Хереви ( Archives de l' Orient latin I, 605; Медников, op. cit., перевод 961) и повторяющий его Иакут (изд. Wü stenfeld IV, 173-174; Медников, ibid. 1078) Муджир ад-дин приводит более верное толкование, указывая, что церковь Воскресения была так прозвана мусульманами в насмешку (Медников, ibid. 1213 прим. 3). К первому толкованию склоняется А. Крымский, История Персии, IV, Москва 1915, стр. 501, прим. 1.

[46] Вместо ** я читаю ** . У Barbier de Meynard перевод сомнительному чтению: "les Bambeaux se répandent dans tontes les directions".

[47] Список сочинений составлен de Sacy на основании Китаб-ат-танбих (Les prairies d'or, IX, 352-353) и почти изменений de Goeje (Bibliotheca geographorum arabicorum VIII, стр . VI-VII) и Carra de Vaux (Maçoudi, Le livre de l'avertissement et de la revision, Paris 1896, 569-570). В него не вошли некоторыя, упоминаемыя в Мурудж аз-захаб (см. index IX, 182-183); среди них довольно часто цитуется и ал-Кадайа ва-т-таджариб ( I, 336, II, 405, III, 5, 405 - опущено в index'е - VI, 12)

[48] BGA VIII, 143,4-5. Ср op. cit. 192 и Carra de Vaux, op. cit. 197.

[49] В тексте Илийа - частное название Иерусалима (от Aelia Capitolina) у ранних арабских авторов. Наивныя объяснения арабских ученых при помощи арабской этимологии см. Йарут (Wüstenfeld), I, 243-245.

[50] Sefer Nameh (изд . Schefer) 35-36 текста и 107-108 перевода (ср. Archives de l'Orieut latin I, 605, прим. 55, Медников, op. cit. 880-881 и Крымский, op. cit., 501-502). Idrisü Palaestina et Syria, ed. J. Gildmeister, Bonnae 1885, стр. 6 (Ср . Медников, ibid. 926).

[51] Более вероятная дата - 400 г. (См. Медников, Палестина, исследование,

[52] Арабская транскрипция ** представляет вероятно, передачу турецкаго имени **, которое встречается довольно часто в источниках (См. В. Бартольда, Туркестан - I, текст, стр. 10,16, и 20,13. Разъяснением я обязан автору этого труда).

[53] у H.Amerdoz, History of Damascus 363-555 a.h. by Ibn-al-Qalanisi, Leiden 1908, стр . 66-67. Ср Шейхо, op. cit. 192-193.

[54] Ch. Schefer, Description des lieux saints de la Galilée et de la Paléstine, Génes 1881, p. 21. Cp. de Goeje, op. cit. 55, пр. 4 и Медников , op. cit. (перевод) 961.

[55] Изд. Wüstenfeld, IV, 174,4-11. Ср. Медников, перепод, стр. 1078-1079 и Шейхо, op. cit. 195. (Последний относит по ошибке смерть Йакута к 696/1297 г. и заключает о зависимости его версия от ал-Казвини!).

[56] Этим словом я перевожу намус в противоположность проф. Н.А. Медникову, который дает ( op. cit. 1079) "доброе имя". О значении слова ** вообще, см. Fleischer в ZDMG, 1867, XXI, 275 и Dozy, Supplement, II, 725. Невозможность иного понимания в данном случае доказывается контекстом у следующего автора ал-Джаубари (в начале): ** или ниже ** .

[57] О нем см. Brockelmann, Geschihtw der arabischeb Literatur, I, 497 #4 и Enzyklopaedie des Isläm. I. 1070. Обширныя извлечения из бейрутской рукописи даны Шейхо в Mq- XII, 1909, 186-194, 291-297, 369-376, 456-461.

[58] Текст у Шейхо, op. cit. Mq XVI, 1913, 193-194. Содержание разсказа у de Goeje ZDMG, 1866, XX, 492 и La lé gende…. 55.

[59] Племянник Салахаддина, правивший 1218-1227 (см. Лэн-Пуль, Мусульманския династии, пер. В. Бартольда, стр. 60 и табл. при стр. 58). У de Goeje, op. cit. 55 по ошибке "pelit-fils de Saladin".

[60] В тексте ** собственно "приготовленная (= вареная или жареная) сера". Значения слова ** в данном случае мне не ясно; вероятно, оно обозначает какой-либо химический термин.

[61] Санбусек ** жирное трехугольное пирожное с начинкой из сахара и толченых орехов, очень распространенное в Сирии до наших дней. Cp. Dozy, Supplement I, 690-691 и А. Крымский, История Турции и ея литературы от разцвета до начала упадка, М. 1910, стр. 78.

[62] В тексте **

[63] Текст у Amedroz, op. cit. 68. Ср. Шейхо 194-195.

[64] Текст у Amedroz, op. cit. 68. Ср. Шейхо 194-195.

[65] По дате можно предполагать, что автор относит совершение обряда к вечеру с субботы на воскресение, как это в действительности происходило и по Святогробскому Типикону 1122 г. (См. Дмитриевский, op. cit. 9).

[66] Интересное указание на входящий в состав обряда крестный ход вокруг кувуклии ( ibid. 15)

[67] Эта версия является наиболее распростраеннной в Иерусалиме до наших дней (ср. Ен. Порфирий, Книга бытия моего, I, 671 g.)

[68] Указание соответствующее современной действительности и отсутствующее у других арабских авторов.

[69] Wüstenfeld, II, 109. Медников, op. cit., перевод, 1126-1127; Шейхо, op. cit. 195.

[70] У П.А. Медникова, 1 cit, "не погуби нашего доброго имени". Ср. выше стр. 236, прим. 2.

[71] Cp. de Goeje в ZDMG, 1866, XX, 492.

[72] Каирское изд. I, 268-269. Ср. Медников, op. cit.1259-1260 и Шейхо 196.

[73] Среди мусульманских авторов, упоминающих благодатный огонь, Шейхо ( op. cit. 196) указывает еще Ахмеда-ибн-ал-Харири, Ибн-ал-'Араби и Хаджжи-Халифу (О бейрутской рукописи перваго см. теперь Mé lange de la Faculté Orientale, VI, Beyrouth 1918, стр. 258-259 №78).

[74], op. cit. 196.

[75] Mq, 1909, XII, 316-317.

[76] Ibid. 194.

[77] Op. cit. 153.

[78] См. выше стр. 232-233.

[79] См. выше стр. 232-233.

[80] О нем см. ал-Мукаддаси (= BGA III) 3.19-4.9 (повторено у Хаджжи-Халифы V, 510,4-8 №11872) и Фихрист (изд. Flügel) 138,1-4. Cp. Reinaud, Géographie d'Aboulféda I, Paris 1848, LXIII-LXIV и Sprenger, Post-und Reiserouten des Orients, Lpz. 1864, стр . XVII.

[81] Изд. 8.

[82] ** - см. стр. 264,17 и 284,17.

[83] О присутствии мусульман при обряде и теперь говорит А. Олесницкий ( op. cit. 154), но насколько нам удалось установить по личным наблюдениям, это явление совершенно случайно и вызвается простым любопытством (даже насмешкой), а не признанием за обрядом какого-либо замечания (Ср. А. Дмитриевский, op. cit. 7).

[84] У современных христиан Палестины до наших дней с этим обрядом связан целый ряд примет (См.: Ф. Авдуловский, op. cit., стр. 52, 66, или А. Олесницкий, 1. cit).
 

Цит. по: Крачковский И. Ю. // Христианский Восток. Т.3. Вып.3. Пг., 1915.

  
Примечание составителя сайта: старорусские буквы заменены на современные аналоги, в транскрипциях арабских имен, не воспроизводились диактрические значки у кирилических букв (они использовались автором текста для транскрипции арабских имен).
 
Арабский текст заменен знаком **
 
 



[Версия для печати]
  © 2005 – 2014 Православный паломнический центр
«Россия в красках» в Иерусалиме

Копирование материалов сайта разрешено только для некоммерческого использования с указанием активной ссылки на конкретную страницу. В остальных случаях необходимо письменное разрешение редакции: palomnic2@gmail.com